Не стал пачкать тарелку — взял вилку и принялся есть прямо из банки. Тунец был малость суховат, особенно если учесть, что мы, так-то, на побережье океана. С другой стороны, а что я хотел за девяносто центов? Вполне съедобно, даже вкусно.

Закончив с трапезой, выбросил банку в мусорное ведро, посмотрел на время — без пяти семь. Надо шевелиться.

Быстро принял душ, вытерся и понял, что свежего белья не осталось. Дожился. Тяжело вздохнул и натянул футболку и джинсы на голое тело. Быстро побросал в подготовленные вчера мешки с бельем оставшуюся одежду и простыню с дивана, снова натянул ботинки.

Американцы обычно ходят по дому в обуви, но меня это возмущало еще со времен старых голливудских фильмов, которые я смотрел в прошлой жизни. Ну как можно ходить в грязных башмаках по чистому полу? А из душа как выходить — сразу ботинки на чистые ноги натягивать? Или сразу в них мыться, чего мелочиться…

Посмотрел на Рэмбо.

— Так, ты будь хорошим псом, охраняй дом, и постарайся больше на пол не гадить — сегодня вернусь пораньше.

Я потрепал его по голове, взял пакеты с бельем и закрыл двери трейлера на ключ. Закинул свой ароматный груз в багажник, хлопнул крышкой — открылась водительская дверь. А она была закрыта на ключ, я проверял. То ли скотч, который я прилепил на внутреннюю сторону, давит на уплотнитель и не дает ей до конца закрыться, то ли тут уже такая беда с геометрией, что от удара крышкой багажника открывается случайный элемент кузова. Ну, спасибо, хоть не отваливается.

Сел внутрь, попытался захлопнуть дверь — раздался глухой металлический стук, она отскочила назад. Ну да, замок-то я не открыл, он все еще на ключ заперт. Тяжело вздохнул, разблокировал дверь кнопкой, еще раз захлопнул. Ну слава богу, можно ехать. Можно же?

Затаив дыхание, повторил ритуал с многократным включением зажигания, повернул ключ — мотор завелся с первого раза. Ну и славно. Выехал из трейлерного парка, добрался до шоссе и принялся выжимать из «Шеветта» все его неудержимые семьдесят лошадиных сил.

На брифинг успел вовремя. За ночь случилось несколько происшествий, и даже один угон, но точно не по моей теме — кто-то увел старый «Форд» с обочины возле дома в Южном Централе. Спронг глянул на три стопки папок, которые лежали на моем рабочем столе, покачал головой и отдал это расследование другому детективу, благо на угонах нас специализировалось аж шестеро.

Когда лейтенант ушел, в очередной раз напомнив о важности своевременного оформления всех документов по расследованию, я развернулся на стуле и открыл папку, в которую вчера сложил документы по угону Ягуара. Еще раз прочитал описание подозреваемого и его татуировок. Значит, три точки и цифра тринадцать на тыльной стороне ладони. Нужно пойти в CRASH и спросить — возможно, они знают больше о значениях этих тату, или среди их задержанных встречался их носитель. Это мне подсказала память Соколова. Если верить ей, CRASH — это специальное подразделение, представленное несколькими офицерами практически в каждом участке. Их главная и единственная задача — борьба с организованной преступностью.