— Откуда знаешь? — мгновенно сделал стойку Маслов.

— Сам, лично, слышал, как Бескову об этом какой-то хмырь из посольства говорил. Дескать, на матче сам Аньелли присутствовал, и так восхитился нашей победой над своими заклятыми противниками, что снял какой-то шикарный ресторан для нас и даже оплатил там все заранее.

— А кто такой Аньелли? — удивился Валерка. — Знакомое что-то имечко.

— Президент «Ювентуса».

— Ничего себе!

— А ты думал. Так что, завтра погудим, как следует.

— Постой, — забеспокоился Маслов. — А по магазинам когда? Нам же еще чек подарочный отоварить нужно.

— Вот с утра пробежимся по магазинам, а вечером посидим в ресторане, — успокоил его Данила. — Не переживай, все успеем!

«Ла Скала» разочаровал. Оказывается, театральный сезон в нем проходил с декабря по июнь, а осенью шли исключительно симфонические концерты. Даже Бесков недовольно поморщился, когда очередной атташе по культуре из советского посольства, прикрепленный к «Динамо», сообщил, что знаменитые оперы «Севильский цирюльник» или «Осада Коринфа» увидеть не удастся.

Бесхитростный Жора Рябов грубо поинтересовался у него, что, мол, какого хрена тогда они будут попусту тратить время на всякую, гм, фигню. На что получил раздраженный выговор от старшего тренера. И после этого футболисты смиренно отсидели в театре два часа, не помышляя больше о том, чтобы сбежать с мероприятия. Неугомонные Аничкин с Масловым, правда, умудрились во время антракта улизнуть из-под бдительного тренерского ока в театральное кафе и продегустировать там местные напитки.

— Дорого, черт, — тихонько жаловался Витька завистливо вздыхающим товарищам. — Бокал «шурика» стоит почти как две бутылки «вовки с перцем»[1].

— Фигня, на банкете свое отобьем, — дружно решили динамовцы, демонстрируя чудеса стойкости. — Малой, ты, помнится, про «амаретту» какую-то во время игры говорил? Что за зверь?

— Я только «Амаретто ди Саронно» помню, — смущенно признался Мельник. — Очень известная настойка из масла абрикосовых косточек, спирта, жженого сахара и смеси разных трав и фруктов. Вообще, в Италии пруд пруди разных сортов этого ликера.

— Сколько ж в нем оборотов? — задумался Володя Штапов. — Крепкий, поди, зараза.

Данила развел руками.

— Эх, бестолочь, самого главного-то и не знаешь! — разочарованно проворчал Семин.

Мельник хотел было немного осадить товарища, но вдруг почувствовал, что кто-то внимательно его разглядывает. Так, словно собирается просверлить в нем дырку. Стараясь сделать все так, будто ничего заметил и просто рассматривает шикарные театральные интерьеры, Данила аккуратно повернул голову и искоса посмотрел в ту сторону, где находился источник чужого внимания.