Но затем под деньгами что-то блеснуло.

— Ну и ну, — я вытащил круглый бронзовый диск размером с ладонь. Его поверхность была покрыта тончайшей гравировкой. Крошечные огоньки, встроенные в металл, мерцали, образуя рисунки, похожие на созвездия.

Навигационная Хроника. Не знаю точно, какого вида, но это точно был очень дорогой и сложный артефакт, способный записывать конкретные координаты и показывать направление к ним. Что важно, они могли записывать координаты не только Руин, которые были плюс-минус неподвижны, но и просто случайных мест в пустоте, на что обычные навигационные приборы не были способны из-за помех, создаваемых Небом.

Я осторожно опустил Хронику во внутренний карман куртки, чувствуя, как холодный металл прижимается к груди. Сердце бешено колотилось.

Коалиция-Коалицией, а моя сила напрямую зависела от денег, которые я смогу добыть и по координатам Хроники вполне мог находиться тайник Зарога, так мне необходимый.

Дверь кабинета с резким скрипом распахнулась, и в проеме возник Корвин. Он дышал тяжело, как человек, только что закончивший спринтерский забег.

— Командир, вы обязаны это увидеть, — его голос дрожал от сдерживаемого возбуждения, глаза горели как у мальчишки, нашедшего клад. — Мы вскрыли заднюю комнату в подвале… Там… — он оглянулся через плечо и понизил голос до шепота, — целое состояние в артефактных ядрах! И еще кое-что… особенное!

Моя рука непроизвольно потянулась к карману, где лежала навигационная Хроника, проверяя, на месте ли она. Боковым зрением я заметил, как Корвин заинтересованно скользнул взглядом по взломанному сейфу, но тут же отвел глаза.

— Подробнее, — приказал я. — Какие именно ядра? И что еще?

— Несколько сотен ядер уровня Сказания! — Корвин сделал шаг вперед, его пальцы нервно перебирали пряжку ремня. — Но самое интересное… — он снова оглянулся и еще больше понизил голос, — запрещенные артефакты! В том числе уровня Хроники!

— Пойдем. Представитель Сирмака там?

— Да, ждет вас.

Пройдя несколько поворотов за Корвином, я вошел на небольшой склад.

Посланник владельца казино оказался именно таким, каким я его представлял — невысокий, плотно сбитый мужчина лет пятидесяти с блестящей, словно полированная медная пластина, лысиной. Он стоял, перелистывая свои заметки, когда мы подошли. Его пальцы — короткие, толстые, перебирали страницы с хищной грацией.

— А, сэр Марион, — он поднял на меня глаза, и его губы растянулись в улыбке. — Мы уже закончили инвентаризацию. Прекрасный… э-э-э… улов, должен признать. Особенно эти бочки с зейсским огненным маслом. Но, возможно, у вас есть свои предпочтения?