— Опыта командования у меня немного, — продолжал я, — но вот опыта… усмирять буйных — более чем достаточно.

В третьей шеренге коренастый боец с перебитым носом усмехнулся. Я пристально всмотрелся в него, заставив встретиться со мной взглядами.

— В лазарете есть свободные койки. На неделю. На месяц. — Сделал паузу. — Навсегда. Выбор за вами.

Шевеление в строю затихло.

— Что касается начальства… — Я обвел взглядом шеренги, — им плевать. Как на меня, так, очевидно, и на вас. Спорю на свое звание: вас собрали чуть ли не со всей дивизии, потому что в своих подразделениях вы были никому нахер не нужны. И отдали мне, понадеявшись, что я смогу хоть что-то с вами сделать. — Уголок рта дрогнул в чем-то, отдаленно напоминающем улыбку. — Это, кстати, плюс. Значит, можно не церемониться.

Девушка с ирокезом во второй шеренге стиснула зубы, но промолчала. Хорошо. Уже прогресс.

— Если хотите выжить — будете слушаться. Без вопросов, без возражений. — Я резко развернулся. — Если нет… Ну, хотя бы умрете быстро.

Начал медленный обход строя, изучая лица. Грязь под ногтями у одного. Дрожь в руках у другого — абстиненция или страх? Ожог на всю щеку у третьего — явно не боевое ранение, скорее жестокое наказание.

— Теперь скажите мне, — голос стал тише, дружелюбнее, — за какие такие «заслуги» вас всех согнали в этот взвод?

Тишина. Только тяжелое дыхание где-то сзади и скрип кожаных ремней.

— Не хотите говорить? Зря. У меня плохая память на лица. Чем лучше мы познакомимся, тем проще мне будет не забыть о вас на миссии и вернуться за вами, если вдруг отстанете. Так что давайте познакомимся. Кто вы и почему здесь?

Из третьей шеренги вышел стройный молодой человек с аристократическими чертами лица, но в потрепанном мундире и с неопрятной трехдневной щетиной. Его тонкие пальцы нервно перебирали прядь темных волос.

— Я… э-э… — он кашлянул, поправляя очки с тонкой металлической оправой, — Меня зовут Лорик д’Арвиль. Вступил в Коалицию, чтобы… — его губы искривились в гримасе, напоминающей скорее оскал, — избавиться от дурного влияния. Видите ли, я должен был жениться на дочери торгового партнера отца. На девушке, которую видел всего два раза в жизни.

В строю кто-то фыркнул. Лорик покраснел, но продолжил, теперь уже с вызовом в голосе:

— Так что я записался. Добровольно. Но… — он развел руками. — У меня не получается нормально использовать ману, да и сражаюсь я плохо. Я уже четвертый год на стадии Кризиса Истории и не знаю, как подняться выше.

Я медленно кивнул, изучая его. Было заметно, что он много тренировался. Но некоторым было просто не дано. Или, по крайней мере, они так считали и этим гробили самих себя.