— Фашист, мля. По тётке я сам всё решу, — объявил Пашка и приосанился. — С сотого можно память менять.

— Цену покажешь, — хмыкнула Островская, когда он объяснил про новый функционал и стоимость услуги. — А то вдруг там десятка на самом деле…

— Это больше про твой стиль общения, — просвистел Пашка, — своих наёбывать.

— А мы не свои. Так что покажешь, — не смутилась она. — При переносе данных на новое устройство копирование настоящей «Доп.реальности» выдаёт ошибку. Это мы с Игорем проверили. Игра остаётся на работающем телефоне. Вроде всё продумано. Но очень хреново, что тебя к секретарше привёл квест, — добавила Островская.

— Это с какого перепугу⁈ — возмутился Пашка, сверкнув глазами. — Завидно⁈

— И что Люська нашла в таком туповатом парне? — скривилась ненавистная подельница. — Наш историк, вообще-то, тоже пользователь, напоминаю, вдруг ты забыл. Если игра помогает нам его победить, почему ей не помогать ему победить нас? Может, он уже следит за нами всеми по своим квестам!

— Ля-я-я-я! — протянул Слава. — Про такое я не подумал вообще!

— Так или иначе, это мы по поведению поймём, пока будем управлять бабкой, — отметил Васин. — Если он уже знает, то и не спалимся.

Детали плана обсуждали ещё много часов и разошлись только к вечеру. Другая мама попросила по пути домой зайти в магазин и выслала список продуктов, за сбор и покупку которого почему-то опять прилетела «далет», и ещё одна за то, что он разложил жрачку в холодос и на полки кухни.

Пятьдесят шестой квест хотел, чтобы Пашка посмотрел альбом с фотками из поездки в Туапсе четыре года назад, и сулил за это две тысячи баллов, но альбом Соколов-младший искать не стал. Это было грёбаное издевательство.

Там же батя почти на всех снимках! Оно что, специально глумится, что ли⁈

Уснул Пашка отрубом энергии. Предварительно получив за снятие старого постельного белья и застилание нового ещё пару длинноверхих отзеркаленных «Г», что взбесило окончательно.

Чёртов альбом он нарыл в шкафу только к обеду воскресенья, настолько сильно не хотелось этого делать. Смотреть пришлось с бабулей, которая ещё и прослезилась в придачу. Если игруха подстроила всё это, чтобы «порадовать» Пашку парой депрессивных медведей и драконом во время поисков, то у неё начался серьёзный разлад с логикой.

Пятьдесят седьмой квест хотел, чтобы младший Соколов наведался на старую добрую мойку к Ритке ради любовных утех, и, позлившись до дракона, он потратил остаток дня на выполнение, заодно Ритку подлечив. Принесло всё это не только кривенькую «Т», троих овнов и почему-то запятую, которая буква «йуд», но ещё и неожиданное удовольствие, самоудовлетворение и даже наградного льва в придачу к пяти тысячам баллов.