На крыльце школы, рядом с почётной делегацией под прицелами выстроившихся у ступеней операторов шагнул к микрофону на ножке, широко расправив плечи, одетый в непривычные пиджак и галстук пропавший с работы после временного изъятия миллионов гнидень-историк.
Так и лучась самодовольством, он начал речь о том, как проработал в этой школе двенадцать лет и как много она для него значит.
— Я рад, что мне удалось обратить внимание нашего дорогого городского главы на СШ номер тридцать девять! Уже завтра в стенах школы начнётся внеплановый капитальный ремонт. Я, как первый заместитель…
Шепотки и гул над скучающими учениками угасали волной, и с каждым новым словом становилось всё тише: на эту неожиданность таращились все.
Пашка приоткрыл рот.
В смысле, первый заместитель? Мэра⁈ Историк⁈ Что за бредятина⁈
И вдруг Пашка так и похолодел, невзирая на припекающее, уже летнее солнце, под которым в пиджаке было очень и очень некомфортно. У него даже в глазах потемнело, натурально.
Ну нет, нет, не может быть…
Неверной рукой, уже плохо различая звенящие и сбивающиеся на режущий слух гул в хреновых школьных колонках, слова ненавистного препода, Пашка вытащил телефон и поднял над головами одноклассников.
Не ожидая ничего хорошего, открыл приложение и навёл на разглагольствующего о будущем урода камеру.
«Авторизированный пользователь 189-го уровня. ФИО: Игорь Максимович Якушевич. Возраст: 43 года. Подписка активна до 14.03.2048 года, 11:20
a. m.»
А вот это уже был полный просто капец. Самая настоящая катастрофа.
Глава 6 Не ходи к Пионовым
Это как вообще получилось⁈ Что значит сто восемьдесят девятого уровня⁈ Это же… как⁈ Да как⁈
Исто-о-о-орик⁈
Пашка попятился и отступил от толпы, прислонившись к стволу дерева у стадиона. У него подгибались ноги.
Да ведь вот, вот недавно ещё гнидень точно не играл в «Дополненную реальность»!
За день до окончания первого оплаченного периода, то есть… то есть четвёртого, получается, майя, Пашка назначал историку перевести свои сбережения. И пользователем он не был. Сейчас двадцать пятое…
Пашка вдруг похолодел.
Не сейчас. Не сейчас, мать его!
Он уставился на поющего дифирамбы у микрофона историка. Дифирамбы были уже посвящены исключительно его, историкову, гению и щедротам, которые снизойдут на школу.
Жена и мать! У него без следа пропали жена и мать! Те самые, которые в воспоминаниях его бесконечно тиранили, и… Он что же, их… удалил?
Но… Пашка напрягся. Про исчезновение родни историка Зинка ему говорила в какой-то выходной, когда он у неё жил. Это было две недели назад. Если две недели назад у историка был уже шестидесятый уровень… Он прокачал аккаунт буквально за несколько дней! Но как? Как такое, мать его, вообще реально⁈