— Братуха!!! — сиганул с порога кухни прямо на него, впечатывая в стену, бритый налысо и словно бы оттого ставший выше, худой какой-то и угловатый теперь брат Серёга. — Ну ты и шляться стал! Ваще от рук отбился! — Серёга вжал в Пашкину макушку костяшки пальцев и начал усиленно тереть. — Чуть не психанул и не написал тебе уже!

— Чё… как… у тя ж дембель только через две недели плюс должен быть! — задыхался Пашка, давя порыв заломить Серёге руки так, чтобы тот уже не вывернулся.

— А вот свезло! С командиром скентовался! Ещё и подкинули удачно до Пензы! Сюрпризэйро! Ты рад, засранец⁈ Веселье вернулось в твои унылые будни! — с этими словами Серёга врезал ему кулаком в бок так, что перехватило дыхание.

Пашка успел сам себя поймать за запястье. Закачанные в тело рефлексы так явно демонстрировать брату не стоило. Как же это всё, блин, сейчас не в тему!

— Дай разуться ему, Серёжа, — выглянула из кухни Другая мама со сковородой в руках, и брат как-то разом Пашку выпустил и несколько поменялся в лице. Бросил назад, в кухню, взгляд растерянный и немного испуганный.

А когда Другая мама, сияющая улыбкой, вернулась к плите, шепнул:

— Чудеса какие-то. Как другой человек стал! Даже стрёмно.

— Она хорошая, — пробормотал Пашка, испытав жгучее чувство вины.

— Ага, будто инопланетяне спиздили и другую вселили, — неприятно пошутил Серёга и, верный себе, закатил собеседнику затрещину, правда, несильную. — Ну и было от бати вреда, мать его. Не звонил он тебе? — серьёзно добавил брат.

— Нет, — сглотнул Пашка, потирая макушку.

— Мальчики, идите к столу! — позвала Другая мама.

— Ща! — крикнул громко брат и ушёл в толчок, а Пашка быстро вынул из кармана несколько купюр и сунул в коробку из-под фена на зеркале: вернул, что брал утром, и ещё добавил. Потом поспешил в комнату, которую опять надо было делить с Серёгой.

Как же он некстати!

Постельное бельё Другая мама заменила на обеих кроватях, и значило это, что спать придётся на своей, той самой, которую оседлал позавчера демонический гость. От этой мысли кожу вздули мелкие острые пупырки, поднимая дыбом волоски на теле.

Пашка быстро скользнул взглядом по Серёгиной подушке. Поменять?

Видеть Лаврикова не хотелось совершенно. Особенно сегодня.

Можно, конечно, вытряхнуть землю вообще. Убрать в стол куда-то и использовать по надобности.

Ладно, это тоже можно завтра решить, за одну ночь ничё не будет. А Серёге даже и нелишними окажутся Лавриковские мозгопромывания. Может, подучит его радоваться тому, что имеется в наличии младший брат, а не хуярить его постоянно и задирать. И на фига так рано отпускать было? В доигровой период у Пашки даже календарик со ржачным пёселем имелся, где высчитывал младший Соколов примерно, когда беда в лице Серёги возвратится в дом. Очень он надеялся, что братца в армии малёха попустят, а он вон, и там хорошо устроился.