— Это прикол⁈ — выдохнул Пашка. — Вы же шутите⁈
— Как-то оно было бы опрометчиво — такими вещами шутить, — возразил бездомный, — не находите?
— Да вы с ума сошли!
— Тут спорить не стану: очень может быть, — согласился Лосев. — Однако и даму в беде бросить не могу, уж такова натура. Агния Ауэзовна урок выучила сполна. А я лично считаю, что бесовские договоры — очень большая скверна. Не всякому дано понять истину, но тем, кому это удаётся, преграждать путь к свету — слишком уж жестокое дело. Пусть бы спустя время, но тем, кто раскаялся, должна быть открыта дорога в Рай, чего бы они ни совершили прежде по неосмотрительности.
— Но вы… же сами… от Рая… отказываетесь! — с усилием присоединяя слова одно к другому пролепетал Пашка.
— Мне в Аду не так уж и страшно будет, благодарствую за вашу заботу. Точно не так, как Агнии Ауэзовне. Конечно, всякому есть о чём вспоминать с сожалением, но все мои сожаления уж потухли. Не жгутся. Не несут невыносимой муки. Но я навряд ли когда раскаюсь в этом поступке. И дай мне волю, совершу его опять. Потому в Рай путь закрыт. А уж ангел из меня и подавно не вышел бы.
— Но вам нельзя… вы не можете…
Пашка беспомощно уставился в пыльную землю у путей железной дороги.
Лосев молчал и улыбался. А потом вложил ему в руку пластиковую карту.
Может, его связать⁈ Или… или перенастроить игрухой⁈ Убрать это тупое решение из желаний или где оно там у него⁈ Как же так⁈
— Пойдёмте, Павел, — позвал Лосев, повернувшись в сторону вокзала. — Тут тупик.
— Тупик… — промямлил Пашка, чуть ли не с паникой окидывая взглядом глухой закуток и пути, словно бы надеясь, что кто-то более красноречивый придёт на помощь.
И внезапно увидел бородатого мужичка в синем комбинезоне и клетчатой рубашке, идущего к ним так уверено, словно бы с конкретной целью.
Он был Пашке знаком… минуточку… электрик⁈ Это разве не электрик, которого вызвала Другая мама колупать сгоревшую проводку в стене⁈
— Вы что это тут… — начал Пашка.
Но на новом шаге одежда на мужичке смазалась, как будто поплыл над огнём накалённый воздух, изменилась в белую рубаху до пят, а за спиной вспучились двумя знамёнами огромные лебединые крылья.
— Стой, отрок! — прозвенело у Пашки в ушах, и тут же по рельсам загрохотал поезд, наполняя округу оглушительным шумом. Вот только голос псевдоэлектрика перекрыл даже его. — Я буду говорить с тобой. Имя мне — архангел Сариил.
Глава 22 Сариил
— До небесной канцелярии дошли странные све… — начал крыластый мужик, но вынужденно проглотил конец фразы.
— Объясните ему, что нельзя кончать с собой!!! — запальчиво перебил Пашка, едва дар речи к нему вернулся, а потом охнул, потому что Лосев рядом уже не стоял. Успел пройти вперёд шагов на тридцать и продолжал двигаться не поворачиваясь. — Андрей Витальевич, — хотел крикнуть младший Соколов, однако слова получились тихими, едва слышными. — Он с ума сошёл! Его надо спасти! — зачастил Пашка и попытался рвануть за бездомным, но окрылившийся электрик ухватил его чуть повыше локтя какой-то поистине стальной хваткой.