Лиля без стесненья просочилась в туалет и осталась только снаружи маленькой кабиночки. Свалить так тоже, очевидно, не получится.

Вечерело. Позвонила Люся и взялась согласовывать завтрашний поход на похороны, о котором Пашка успел забыть.

Мля, опять кладбище! Там же, наверное, покойников…

— Если ты не начнёшь мне нормально отвечать, я буду орать всякий раз, когда ты с кем-то разговариваешь! — заявила Лиля, когда он отключился. — Ты не можешь меня не слышать! И не можешь мной управлять, как Игорёшкой и другими, потому что я призрак. Не нужно считать меня идиоткой. И беспомощной. Или ты сейчас всё про себя рассказываешь, или мало тебе не покажется!

Ситуация окончательно выходила из-под контроля.

Когда позвонила Другая мама, Лиля решила продемонстрировать, что слов на ветер не бросает.

— Паша, ты с Серёжей гуляешь сегодня? — звучало из трубки в правое ухо.

— Слоны, медведи, вороны, пироги, одуванчики, прыгать, бежать, лететь, кот, сапог, тетрадь, ботинки!!! — орала Лиля в левое, даже не делая перерывов на вдохи.

— Что? — простонал Пашка, безрезультатно махая свободной рукой сквозь безумную трупачку.

— Ты домой идёшь или с братом отмечаешь? Ужин готовить?

— Очень плохо слышно! Напиши! — взмолился Пашка и отрубил связь.

Вживую так не прокатит. Пиздец.

— Ты меня не победишь, сдавайся! — воинственно надвинулась на него нематериальная деваха.

Пришло сообщение. Ответить на него Лиля тоже здорово мешала, загораживая экран ладонями.

Нет, её ни в коем случае нельзя вести домой!!!

До темноты несчастный Соколов-младший прошатался по городу, уже всерьёз подумывая сделать себя глухим через анатомический справочник приложухи. Отвечать на какие-либо вопросы он зарёкся: ещё, чего доброго, что-то вычислит о нём и сможет потом найти, даже если как-то отвязаться.

А ведь завтра в любом случае придётся идти на похороны! Даже если не ночевать дома, там Лиля увидит и Пионову, и других знакомых! Там Пашку станут называть по имени и фамилии!

Но не пойти с Люсей тоже никак нельзя.

Да что за срань господня⁈

Прилетел свеженький «гимель» в довесок к недавно поступившему медведю.

А потом Пашку посетила спасительная идея.

В такси Лиля проникла, не спросив никакого разрешения, и свободно смогла сесть своей жопой на сиденье, просочившись сквозь дверцу. То есть на быстрый транспорт тоже рассчитывать не стоило.

Она уже сознательно вредила, свирепая и злобная, и от постоянного гомона то и дело приходилось убирать головную боль игрой.

Около поворота к Арбековскому кладбищу Пашка машину отпустил и уверенно пошёл по знакомой улочке между частными домами.