— Остановись, — велел я Женьке.

— Зачем?

— Хочу повнимательнее все осмотреть.

— Не дури. Нам нельзя отставать от каравана, — мотнул он головой.

— Остановись, говорю. Караван так медленно движется, что мы его даже пешком догоним, не то что на машине.

Женька недовольно сморщился, но нажал на педаль тормоза. Я выбрался из машины вместе с Призраком и прислушался. Слышался только шелест листвы и крики птиц.

Вооружившись палкой, которую подобрал с земли, двинулся вглубь старинного города, отодвигая траву, чтобы ненароком не наступить на какой-нибудь штырь или не провалиться в колодец. Призрак будто все понимал: не убегал, а шел рядом и настороженно прислушивался к лесным звукам.

— Далеко не уходи! — крикнул мне вслед Женька. — Ружье с собой возьми — вдруг крат объявится.

— Если крат объявится, одного ружья будет мало, — ответил я и продолжил пробираться в заброшенный город.

Катаклизм, который произошел в этим мире и поделил сушу на две части, откинул развитие человечества назад. Если раньше люди могли строить такие огромные дома и создавать такие сложные механизмы, то сейчас местные пользовались лишь остатками того, что было произведено когда-то. Интересно, Верхний мир тоже откатился назад или продолжил свое развитие?

Тут я заметил в небольшом укромном месте, где каменные плиты сложились таким образом, что образовали что-то наподобие шалаша, кострище, а рядом кучу тряпья, напоминающую постель, и ржавое колесо, на котором стояла кружка с грязной водой. Здесь кто-то жил. Причем не так уж давно. Отодвинув заросли крапивы, зашел в «шалаш» и увидел на стенах записи, сделанные углем.

«Я — раб. Мне нужно выполнить волю хозяина…»

Знакомые слова. Где же я мог их слышать? А-а-а, точно! Так говорил Ефим, которого убили охотники. Неужели он жил здесь? Как же его никто не заметил, ведь я совсем недалеко отошел от дороги?

Уже хотел выбраться наружу, но тут под неровными одинаковыми записями увидел подпись: «Меня зовут Слава. Я — раб». Слава? То есть это не жилище Ефима? Но… Слова один в один, как те, которые произносил сумасшедший. Странно все это.

Вдруг прогудел сигнал, и послышался крик Женьки:

— Его-о-ор! Возвращайся! Пора ехать!

Я выбрался из чужого жилища и еще раз окинул взглядом старый город, который простирался далеко впереди. Он одновременно выглядел завораживающим и жутким. В некоторых домах из проломов в крышах виднелись ветви деревьев. Из окон, словно щупальца гигантского осьминога, проросли лианы, окутывая стены. Птицы свили гнезда на выступах некогда белых колонн. Природа медленно и неумолимо возвращала себе территорию. Пройдет еще пару десятков лет, и о старом городе никто не вспомнит. Он скроется в живом зеленом море. Это еще раз докажет, как же слаба человеческая цивилизация перед силами природы.