Глава 3. Марина
Лифт медленно спускается. Я в бешенстве несколько раз подряд нажимаю на уже горящую кнопку первого этажа. Мое отражение в зеркальных стенах кажется чужим: несмотря на идеальный макияж, безупречную укладку, я с ужасом замечаю, как мой взгляд становится похожим на взгляд сестры. Он выдает внутреннюю панику. Я резко отворачиваюсь, не в силах смотреть на свое лицо. Я своими руками превратила Алёну в точную свою копию. «Чертов медленный лифт!» – мысленно ругаюсь я, постукивая острым каблуком по мраморному полу. Каждая секунда промедления может мне стоить всего. В кармашке сумочки молчит телефон. Очень хочется снова проверить, не звонил ли Матвей. И я даже подумать боюсь, какие вопросы меня ждут, если он не застанет меня дома. Когда двери наконец разъезжаются, я пулей вылетаю в холл. Стремительно его пересекаю. Какой-то мужик учтиво придерживает передо мной дверь подъезда. – Извините, у вас что-то случилось? Помочь не нужно? – спрашивает он. Боже! Неужели у меня паника так очевидно написана на лице?! – Нет, спасибо, – бросаю я через плечо, не замедляя шага. Холодный вечерний воздух остужает и немного приводит мысли в порядок. Я резко открываю дверь машины, и водитель, игравший в мобильнике, аж вздрагивает. – Давайте побыстрее доберемся до дома! И выключите эту дурацкую музыку. Он знает, что я люблю ехать в тишине – часто приходится решать деловые вопросы по дороге. Без вопросов выключает и заводит двигатель. Я откидываюсь на сиденье, наконец позволив себе достать телефон. Ни пропущенных звонков, ни сообщений. Это должно было успокоить, но тревога только растет. «А если он действительно что-то понял… Алёна не зря истерит», – стучит в висках. Я закрываю глаза, представляя себе то, что описала Алёна. Матвей задающий вопросы про еду. Его проницательный взгляд, будто ощупывающий каждую черточку ее лица. Его слова: «Ты сегодня какая-то другая…» – Все в порядке, Марина Аркадьевна? – спрашивает водитель, встревоженно глядя в зеркало. – Просто езжайте быстрее, – сквозь зубы говорю я, открыв глаза и отвернувшись к окну. Городские огни плывут за стеклом. Перед глазами стоит лицо мужа – то особенное выражение, которое на нем появляется, когда он что-то подозревает. Легкий прищур, едва заметное напряжение в уголках губ. Я знаю каждую его эмоцию, каждую реакцию. Десять лет брака не прошли даром. «Как я могла быть такой идиоткой?!» – кричит внутренний голос. Доверить такое Алёне… Да, сестра внешне похожа. Мы не близняшки, всего лишь погодки, но многие, особенно в детстве, думали,