себя на том, что снова ей верю. Одно дело – слова детектива. Совсем другое – когда ты сам понимаешь, что все в порядке. – Ты не против, если я съезжу к Алёне? – спрашиваю я вдруг, наблюдая за её реакцией. Ложка в руке Марины дрогнула. – Зачем? И откуда ты знаешь, что она здесь? Хм, действительно. Марина за детектива меня по головке не погладит. Сразу вернется ее крутой характер. – Мне сказали. Я… звонил вашей матери. Она сообщила, что Алёна серьезно больна, но находится под твоим… крылом, так сказать. Но я не знал, что она здесь. Просто хотел ее навестить. – Да… – она явно собирается с мыслями. – У неё проблемы с сердцем. Реабилитация. Она живет неподалеку. В санатории только беременные, но врачи отличные, широкого профиля… Думаю, надо сначала у нее спросить, хочет ли она тебя видеть… после всего… – С сердцем? – я нахмурился. – Раньше у неё с этим не было проблем. А после чего – всего? Столько лет прошло. – Она ничего не забыла, – Марина опустила взгляд. – Она не простила тебя. Я кивнул, но в голове уже крутится: «Ложь? Или правда?» Уверен, Марина не в восторге от моего желания навестить ее сестру. – За что меня не прощать? Она исчезла, пропала. Скорее, это мне надо ее винить в нашем расставании. Ты же знаешь. – В каком смысле? Я с удивлением вижу на ее лице непонимание. – Марин, в самом прямом. Не придуривайся. Ты по-прежнему ревнуешь к Алёне. Вот и весь ответ. – Ты ушел… ко мне, – она растягивает фразы, как по тонкому льду идет. – Понятно, что она тебя обвиняет во всем. – Марин, мы это с тобой обсуждали. Да, наверное, Алёна ревновала тогда к тебе. Но мы встречались только по делу. Она могла бы со мной обсудить этот момент, и я бы все объяснил. Но она решила уйти по-английски. Не объяснившись. И лишь после мы с тобой начали встречаться. А она сделала из меня какого-то монстра. Хотя теперь-то я понимаю, что у нее уже был мужик. Она же залетела, родила сына. Сколько раз мы с тобой об этом говорили. Так что не ревнуй хоть ты. Не уподобляйся. Я чувствую, как по спине пробежали мурашки. Опять этот взгляд испуганного олененка. Опять передо мной Алёна. Хочется зажмуриться. – Давай я ее спрошу, хочет ли она тебя видеть, – повторяет женщина напротив, и я слышу знакомые, уверенные Маринины интонации. – Какова бы ни была настоящая история, она может не захотеть. Ее можно понять. – Согласен, – киваю. – А тот врач… С которым ты ужинала… Она замирает. – Ты следишь за мной? Откуда ты знаешь про врача? Я тебе не рассказывала. М-да, плохой из меня шпион. Что ж я все пробалтываюсь