— Все, теперь можно купаться.
Сбросив с себя все, она побежала к озеру голышом.
— Догоняйте! — крикнула девочка, обернувшись, когда уже находилась по пояс в воде, потом окунулась и поплыла.
Я прыгнул в воду и поплыл за ней кролем. Догнал я ее быстро, но тут Света вскрикнула, сморщилась и ухватилась за меня.
— Ой! Кажется, судорога.
— Держись за мои плечи и не шевелись, — сказал я.
Подставив ей спину, я поплыл с девочкой к берегу. Достав ногами дна, я взял ее на закорки и пронес до мелководья. От волнения и прохладной воды мое возбуждение прошло, и я старался сохранить это состояние.
— Как ты?
— Кажется, отпустило.
— Идти сможешь? — я поставил девочку на ноги, стараясь на нее не смотреть.
— Ага, — Света сделала шаг. — Ой!
Падая, она ухватилась за мои плавки и стянула их с меня.
— Простите, — она подняла на меня свои невинные серо-зеленые глаза.
Я быстро натянул плавки, взял девочку на руки, отнес в лагерь и усадил на бревно. Потом я обтер ей спину полотенцем, опустился на колени, упер ее ногу стопой себе в живот и начал массировать икру. При этом взгляд мой непроизвольно был прикован к ее щелочке, которая вместе с ее ногой тоже подрагивала от моих движений.
Я никогда не видел половые органы у девочки-подростка и не мог насмотреться на это очарование. У девочек детсадовского возраста сей предмет является лишь дырочкой для выпускания мочи. У зрелых женщин — это ненасытное влагалище, жаждущее члена, в обрамлении налитых кровью выступающих малых половых губ и жестких курчавых волос на больших губах. Но здесь!
Гладенький лобочек с едва пробивающейся порослью мягких волосиков, узенькая складочка между пухленькими и округленными белыми губками, такими призывно манящими и невинными. Мой член снова напрягся и через плавки коснулся Светиной пятки. Я опустил ее ногу на землю.
— Как, полегчало?
— Ага.
Я поднялся с колен и стряхнул прилипшие сосновые иголки.
— Оденься, замерзнешь, — сказал я ей.
Она тоже встала, лукаво посмотрела мне в глаза и кокетливо спросила:
— Я красивая?
Я на минуту замялся. Она переминалась с ноги на ногу, жеманно покачивая бедрами, при этом очаровательная щелочка отклонялась то в одну, то в другую сторону как стрелка весов.
Она доиграется. Скоро я потеряю самообладания и овладею ей. Но ведь она совсем маленькая. И дочь моего приятеля.
— Ты еще ребенок, — решительно ответил я и отвернулся.
— Не такой уж и ребенок, — обиделась Света. — Я уже знаю, что такое оргазм.
— Слово такое знаешь?
— Не только. Сама испытывала.
У меня отвисла челюсть, я посмотрел в ее невинные серо-зеленые глазки.