Ее движения больше походили на нежное поглаживание, руки порхали как крылья бабочки, прикрытые глаза говорили, что она получает от этого удовольствие. Завороженный этой сценой не мог оторвать взгляд, плавные линии, округлость бедра и изгиб ноги приковали к себе как магнитом. Довольная произведенным эффектом, Ленка самым бессовестным образом попросила натереть ей маслом спину. Отступать было некуда, штаны топорщились, так что скрыть мое состояние было невозможно, решительно направился к ней, успокаивая себя тем, что всегда смогу сказать «стоп». Присел на край раскладушки и аккуратно прикоснулся к хрупким плечам. Бархатная кожа словно таяла под моими руками. Движения из скованных и неуверенных по-степенно превращались в дразнящие и играющие. Решив подыграть в её спектакле, не столько занимался втиранием масла, как старался получить волнующее удовольствие от прикосновений к молодому, упругому телу и уже откровенно ласкал его.
Лена потихоньку начала мурлыкать, а я опустил руки на восхитительную попку и сконцентрировал всю свою нежность на кончиках пальцев. Сдвинув верёвочку, старательно массировал ложбинку, погружая палец всё глубже и глубже. Когда коснулся маленького темного отверстия, Лена застонала и дугой выгнула спину подав задик на встречу моей руке. Желая доставить ей еще больше удовольствия, легонько надавил на бутончик, и попытался просунуть палец. На Лену это действовало, возбуждающе, повернув ко мне голову, она схватила меня за вздыбленное естество прямо через штаны. Глаза её горели, а тело испускало волны желания.
— Трахни меня, — прохрипела Лена, — только я еще девочка, поэтому сделай мне в попку.
Позабыв все угрызения совести, судорожно начал стягивать штаны. Мою огненную плоть обхватили маленькие пальчики, и немного поиграв, обильно смазали маслом для загара. Лена встала на колени, высоко подняла зад и раздвинула ноги. Я одной рукой развёл блестящие ягодицы и отвёл верёвочку плавок, а другой направил свой бур в тугую скважину. К моему удивлению особых усилий мне прилагать не пришлось. Преодолевая незначительное сопротивление я ворвался в мир наслаждения. Судя по тому, как легко я туда попал, Лена частенько прибегала к такому способу внутреннего массажа. Не желая больше сдерживать себя, я наносил удары всё сильнее и сильнее. Ленкины стоны начали перерастать в крик, и мне пришлось закрывать ей рот ладонью. Вихрь нашей скачки неумолимо приближал нас к финалу. Громко захрипев, я отправил мощную струю глубоко в Ленкины недра. Она, поняв причину моего хрипа подала попку назад и насадилась на извергающейся стержень до предела.