Мы просто обомлели от такого бесстыдства.
— По-моему, она наширялась, — шепнул мне Толян.
Но виду мы, конечно не показываем. Ждем, что будет дальше.
— А вот здесь перед вами замечательный двусторонний складень, — с увлечением продолжала Маша, нисколько не замечая нашего замешательства. — Видите? На центральной створке разыгрывается сцена музицирования. Кстати говоря, китайцы исполнение минета ассоциировали именно с игрой на флейте — в левом нижнем углу вы как раз и видите этот сексуальный символ.
— Отсос! В Эрмитаже! Ну я не знаю… — пробормотал Толян.
— Что вы сказали? — с живостью откликнулась девушка.
— Ничего, ничего! — попытался я спасти положение. — А вот что тут за гитара?
— Это — четырехструнный инструмент пипа, — пояснила наша экскурсоводша. — Пипа в китайской традиции ассоциируется с женскими гениталиями. Струны пипы — вход во влагалище, дека — влажные глубины женского естества. Обратите внимание: юноша страстно играет на пипе, захватывая пальцами струны, а ладонью как бы поглаживая деку инструмента…
— Слушай, да она задвинута на сексе! — шепнул мне Толян. — Давай ее натянем, а?
Идея мне понравилась. Нужно только было дать ей еще поговорить, разогреться как следует.
Между тем, Маша продолжала:
— Весьма интересна наша коллекция эротических свитков. Героем первой серии изображений является юноша с косичками, который в беседке, увитой виноградом, совокупляется с прекрасной дамой.
— А это кто, простите, за цветочной изгородью? — вдруг заинтересовался Толян.
— Это служанка. Она за ними подглядывает, — пояснила Маша. — Китайцев очень возбуждало, когда за ними подглядывают во время акта.
— Мне тоже нравится, — застенчиво признался Толян.
— Да? — только и сказала экскурсоводша.
К следующему свитку мы с приятелем буквально прилипли. Тут была изображена аппетитная женщина, висящая на какой-то железной штуковине с широко раскинутыми ляжками, словно ждущая мужского члена, который бы сходу проник в ее отверстую половую щель. Меня особенно поразило, как бесстыдно китаезы выписали письку своей бабы: ну просто во всех подробностях. Я и у своей жены-то такого не видел, ей-Богу!
— А, вы оценили это замечательное произведение искусства! — обрадовалась Маша. — Действительно, редчайший свиток, восемнадцатый век. Называется — «Опьяневшая дама мается на перекладине для винограда».
— Какая мощь! — проговорил Толян, не сводя глаз со складочек в промежности, любовно выписанных художником. Но я уже перешел к следующему свитку и, честно говоря, почувствовал, что краснею. На ней во всех подробностях был изображен самый что ни на есть голимый трах, да еще и с извращениями: парниша тараканил двух женщин одновременно, одна из которых — видимо, служанка, служила для другой своеобразной подставкой. Мне было интересно, что скажет Маша, когда перейдет к комментариям.