Постепенно, на несколько сантиметров вверх — вниз начала двигаться голова Кати, то освобождая фиолетовую, раздувшуюся головку из ротика, то снова её туда погружая. Губки вытянулись, дочка при каждом движении открывала рот шире, а когда головка проходила глубже, смыкала губки на члене как можно дальше к основанию и подтягивала их к себе, скользя по коже плотным кольцом губ. Одновременно она игралась мягким и чуть шершавым язычком внутри. Хорошо, как и у мамы, у Кати был такой же большой рот, куда вполне поместилось моё хозяйство. И вообще, где она научилась так сосать, я вас спрашиваю?
Жена, смотревшая на это, покраснела, ручка её давно спряталась под одеялом и отчаянно натирала киску, но этого было мало, и тогда она схватила с пола искусственный член, на котором тренировалась Катька, запихнула его в себя на полную глубину, откинувшись на подушки и громко, с облегчением, застонала. Дочь тут же вынула из себя мой член и с беспокойством посмотрела на маму.
— Мамочка, что с тобой?
— Всё хорошо, доченька, — с придыханием ответила она, — маме просто очень приятно, продолжай.
Подумав, что это касается доставляемым ею папе удовольствием, Катька надулась от гордости и решила показать любимым родителям всё, на что способна. Она наклонилась сбоку и, извернувшись так, чтобы быть на прямой линии с моим членом, медленно начала пропихивать толстый агрегат в свое детское горлышко.
Вначале, когда она тренировалась, я наблюдал за её действиями и не верил, что она не повредит себе ничего. Потом оказалось, что дочь прекрасно чувствовала, когда нужно останавливаться, а за два месяца тренировок её горло стало настолько эластичным, что туда спокойно проходил пятисантиметровый латексный член. Она призналась, что первый раз было больно говорить после этого, но немного отдохнув и попробовав на маленьком, она вполне освоила позже и большой. Поэтому, хоть мой член и был малость побольше в середине, но более узкая головка прошла в горло дочери, следом вошла уздечка и, наконец, довольно большая часть оказалась внутри, перекрыв доступ кислороду.
О! Такого мне не приходилось ощущал никогда. Даже девственная попа, в которую я как-то отодрал пятнадцатилетнюю худую девочку, приехавшую с семьёй в гости к отцу из Питера, она так не охватывает мой хуй, как это делало сейчас горлышко детсадовского возраста малышки. Я просто не мог поверить, что такое вообще возможно, но это происходило в реальности и дарило острое, непереносимое наслаждение.
Я взял в руки начавшую качаться вверх-вниз голову Кати и заставил её замереть, чтобы почувствовать головкой, как пульсирует растянутое горло, своим тиком отчитывая удары сердечка девочки. Я подержал так её, а потом, видя, что член еще не достиг максимальной глубины, одной рукой насадил ртом до конца, с силой прижав её голову к лобку, другой поглаживая раздувшуюся, как у проглотившего бейсбольный шарик удава шейку. Катька же в это время ручками обхватила меня и самоотверженно терпела, стараясь как можно дольше продержать член во рту, сжав мои руки так, что её пальчики побелели от напряжения.