Лалга мимоходом удивился. Под обвалом погибли все, кроме главного «доброжелателя». Дэссоркен даже не пытался спасти кого-то из своих людей, ринулся в погоню. Он будет бежать по пятам, пока один из них не упадёт?

Лалга остановился и повернулся назад. Взошедшее солнце било лучами прямо в лицо, но это беглецу не мешало, о чём преследователь не знал.

-Я не хочу тебя убивать. Вернись к Стэнтъе, не то она останется без защиты.

Слова не помогли, скорей, наоборот.

-Ты заплатишь не только за Стъю, но и за всех моих людей. Я раздавлю тебя, как паразита.

Дэссоркен полагал, что сейчас легко добьёт израненного, измученного демона, но на миг замешкался, увидев поразительное зрелище. Зрачки беглеца вдруг перестали быть вертикальными и разлились, глаза из жёлтых сделались чёрными – при ярком солнечном свете.

Первой прыгнула Иштэрба. Топорик дровосека взлетел ей навстречу и почти перерубил левую заднюю лапу, с которой в горах свалились поножи. Собака с воем рухнула, обливаясь кровью. Тут же вперёд бросился Лалга и – дальше ничего не помнил.

А когда пришёл в себя, то поднялся с изорванного тела, из горла которого толчками выплёскивалась кровь. В глазах умирающего эрмина на мгновение вспыхнули страх надвигающейся тьмы, отчаяние, мольба – и тут же погасли. Глаза Зухара застыли, из них ушло всякое выражение.

-Ты хотел меня убить. Так чего ж ты ожидал? – с тоскливой досадой пробормотал Лалга и, шатаясь, побрёл прочь…

По каменной полке катались двое, сцепившись в смертельной драке без правил. Фаудин помешал человеку Герцога подстрелить демона, но вскоре ясно понял, что сам не уйдёт живым. Его сил и умений не хватило, он получил тяжёлую рану. Он всё равно продолжал драться, как мог, но тут с удивлением обнаружил, что кто-то стреляет со стороны, и вовсе не в него. Мимо пролетел болт, затем второй. Но то, как порученца Унтандъена нашпиговали иглами, он уже не увидел…

-Куда ты меня тащишь?! Драка не там!!! – Ира попыталась вырвать повод армаки из рук Брена. Тот сунул ей в руки подзорную трубу и схватился за игломёт.

-Убей коротышку в пёстром! Скорее!

Она посмотрела, судорожно охнула и принялась стрелять…

По горной тропе с шумом ломились трое.

-Скорее! А то другие перехватят все вещи! Мёртвым уже ничего не нужно, а нам пригодится! – сварливо бубнил голос старика. – Брось падаль, она опасна!

-Не знаю, что он сделал, за что его ловят, но мне его так жалко, ну так жалко, он такой красивый! Где же он?.. Ладно, этот, в бело-жёлтом, тоже красивый и пока живой, - щебетал девичий голосок.

-Деда! Она учёная и многих денег стоит!.. Не умирай, хорошая собачка, я буду о тебе заботиться, - высокий не по годам, некрасивый мальчик торопливо перевязывал Иштэрбу, одновременно пытаясь погладить её по голове…