Армаки могут совершать длинные прыжки, но делают это редко, в основном бегают – легко и ровно. Армаки могут бегать бесшумно. Мозолистые подушечки лап мягко приминают траву, когти вонзаются в землю при каждом шаге. У Эгирэ ноги болели от усталости, женщина мечтала о верховом животном…

Заросли с резким шелестом раздвинулись, и на тропу вымахнула пятнистая армака со всадником на спине. Животное будто плыло над землёй по колено в тумане, невесомо и беззвучно, а всадник выглядел так, словно в седле и родился. В глаза бросалось притороченное к сумке ярко-жёлтое одеяние, охотничий костюм облегал сухощавую фигуру.

Эгирэ неосознанно сделала шаг с дороги в колючий куст и застыла, взирая снизу вверх расширенными глазами.

-Эгирэ Киримэтта, - утверждающе произнёс мужчина.

Она чуть не рухнула от ужаса – через пол-материка о рядовой травнице дошли сведения до Верховного Жреца!

Она узнала его – высокого, жилистого, с суровым лицом без возраста и взглядом, который трудно прочитать и ещё труднее выдержать. Золотой нагрудный медальон, знак высшего сана, травница заметила в последнюю очередь.

На самом деле Тэнанчар просто прочёл имя женщины у неё в памяти.

Эгирэ замедленно кивнула.

-Что бродяжничаешь? Женщина не должна быть без семьи и без дома.

-Меня выгнали из посёлка… - ответила она высоким, резким голосом и, наконец, поклонилась низко-низко.

-То есть, не взяли в храм? Значит, ты плохая травница. Посадить тебя, что ли, в тюрьму, как отравительницу?

Женщина перестала дышать.

Он разглядывал её неторопливо и пристально. Накидка с цветочно-травяным узором поверх рубашки пропущена слева подмышкой и застёгнута на груди, закрывая только правое плечо, как у жриц старой веры, но никаких артефактов не видно, кроме дозволенной деревянной черепашки на шнурке. Лет бродяжке многовато, а тонкие способности не развиты. И в подручные не годится, и в соперники – тоже.

-Что за бесстыдная одежда на тебе?

Штаны Эгирэ, сверху донизу в разнокалиберных дырочках, напоминали звёздное небо.

-К-котята порвали… В следующем же посёлке заработаю на более новые!

Противников, которые от страха готовы сходу помереть, даже для развлечения стращать не интересно.

-Ладно, иди, свободна. П о к а свободна.

Он пришпорил армаку и ускакал – вместе с отрядом воинов, который обнаружился за его спиной.

Эгирэ села в траву там, где стояла, примяв листочки подорожника, имя которого носила. Точно назвала её учительница-знахарка – все пользуются, все топчут.

-Уф, пронесло! – с чувством произнесла травница вслух, голосом неожиданно низким и звучным.