Затем отряд догнал бродячую травницу.

-Тоже пригодится. Эй, перестань махать руками и прыгать, на тебя никто не нападает! Давай с нами, мы тебе армаку дадим, а ты лечить нас будешь.

Эгирэ подумала немного и согласилась.

Доехали до рощицы, остановились на привал и решили устроить совещание. Дело предстояло нешуточное, ошибка могла грозить смертью или чем похуже.

К совещанию готовились основательно, словно на вечеринку собирались.

Слуг отправили в ближайшую деревню за продуктами и топливом, а сами достали посуду, разложили попоны вокруг костра, нарвали цветов, сплели венки и принялись с шутками и хохотом бегать друг за другом, словно забыв об опасности. Брен присоединился к веселью, но ему ничего не обломилось.

-Что у этих баб с мозгами? Упёрлись во что-то завиральное! – выругался он и подсел поближе к травнице, которая выглядела лет на тридцать.

-Тьфу на тебя! Что подкрадываешься?! – Эгирэ резко отодвинулась.

-А ты чего такая пуганая? «Сутки танца» - часом не про тебя легенда?

-Что за легенда? – тут же заинтересовалась Ира.

-«Разбойник и жрица». Во время обряда жрицу нельзя трогать, не то боги накажут. Ну вот, одна жрица в дальнем храме нарвалась на разбойника. Всю дорогу танцевала, а он шёл за ней следом. Она дошла до города и упала. Умерла или выжила, по-разному рассказывают. Лучше бы дала ему, что ли…

Эгирэ фыркнула, Ира улыбнулась, они разговорились, а Брен сбежал, ему стало скучно.

Потом он сбежал с совещания, зажав уши. Женщины обсуждали, как вызнать, где держат пленника, и как пробраться на ту часть территории храма, куда не пускают молящихся. Помимо этого, они успели поспорить о чём угодно, перескакивая с предмета на предмет без видимой связи между ними, кричали друг на друга до хрипоты, словно вот-вот сцепятся в драке, у каждой было своё особое мнение с кучей доказательств и предчувствий.

Совещание затянулось до ночи. Ира предложила поймать «языка» – какого-нибудь жреца. Норавъяна прикрикнула на неё – это же святотатство. Эгирэ начала пересказывать старые летописи, которые прочла в одном имении – о том, как первые эрмины прибыли на материк и ели черепах, спасаясь от голода, отсюда пошла новая вера. Плантаторша велела травнице заткнуться.

Ира ушла от костра, чтобы не наговорить лишнего, и стала помогать слугам, которые строили шатёр из попон в отдалении.

Совещание зашло в тупик. Женщины устали от серьёзных разговоров, отослали Миуну, тесно окружили Кхано и попросили её рассказать о Лалге.

Квишедская гончарка задумалась. Мать поучала маленькую Кханку, чтобы та, когда вырастет и выйдет замуж, не откровенничала с подругами о своём мужчине. «Будешь ругать – поссорят, будешь хвалить – отнимут». Но сама Кхано, в одиночку, не сумеет вызволить пленника из храма…