-Что тебе нужно, девица Тан-Кечар? Ради чего вы захватывали дом бога, словно вражескую крепость? – очень спокойно спросил жрец.

-Мне нужен он, - Лэзъюра показала на решётку. – Тогда я и дальше буду молчать о «летающих глазах»-крыланах, о тайной сути Главного голоса Солнечного Эрбека, о силах, которые не нравятся Унтандъену. Этим силам у меня есть свидетели, которым поверят.

Сотник по её знаку коротко свистнул, в потолочное отверстие просунулась голова неизвестного Тэнанчару крылана.

-Такая малость? Раб? Ради этого – все громы и молнии?

Девушка не теряла бдительности, прикрывая уже троих, кроме себя. Вдруг подлый старик надумает лишить её добычи.

-Да, такая малость. Оформленная надлежащим образом. Пиши бумагу о передаче права собственности в пяти экземплярах, жрец!

Тоур дёрнул сестру за рукав.

-Бумажки – это лишнее.

-Замолкни, братец, стереги дверь.

Тэнанчар быстро настрочил требуемое, попутно перекладывая из-под локтя другие документы, мешающие писать. Лэзъюра подошла и тщательно просмотрела все пять экземпляров, потом удовлетворённо собрала листы и положила на стол веером, чтобы быстро подписать. Верховный что-то уронил на пол и стремительно нагнулся, все трое тоже нагнулись, но там было не оружие, всего лишь печать.

Лэзъюра быстро подмахнула листы, забрала три верхних экземпляра. Тэнанчар отпер решётку, Нагуан взвалил на плечи бесчувственного узника, и они вышли. Продолжая прикрывать их и себя, молодая женщина на прощание послала весёлую улыбку жрецу, он ответил ей точно такой же улыбкой.

Силён дед, достойно держит лицо, подумала она, выходя последней.

12.

Они сидели вокруг костра и молчали.

Это теперь, поскольку успокоились. Когда Брен, Ира и Гербеш вернулись в лагерь, и пират процитировал жреца – «мы опоздали», начался концерт.

Норавъяна выла что-то о небесной каре, Миуне грозило изойти на слёзы, Хюльчинда злобно орала на всех и ломала вещи, всё больше входя в раж, а незаметная, невзирая на рост, Кхано, про которую все забыли в своих воинственных планах, впала в ступор. Спокойно держалась только травница, что не удивительно. Верно, потому, что толком не знала, кого помогала выручать.

Удивительно стойко держалась Ырралэт. Может, потому, что насмотрелась на других. Поперечная натура, как выразилась бы матушка Брена, царство ей небесное.

Тарсе надоело слушать вопли, она понеслась по лагерю, раздавая оплеухи.

-Так мы едем дальше или уже не едем? – спросила Эгирэ, возвращая плантаторше подзорную трубу.

Все сразу замолчали. Тарса спросила:

-Куда? Ты знаешь, кто его увёз?!

-Да. Я наблюдала за дорогой. Отряд семейства Тан-Кечар, Лэзъюры и её братца, как бишь его звать, промчался в сторону храма незадолго перед тем, как туда отправились вот эти трое. Вычурные вымпелы Тан-Кечаров нельзя не узнать. Но самый большой отряд был не у них, а у Верховной жрицы Лунного Эрбека. Всё соперничают, всё выясняют, чей храм самый великий. А на самом деле самый великий храм – это окружающий мир, природа…