На реке Брен то и дело насторожённо осматривался, но за ними никто не следовал. Течение помогало, и лодка продвигалась вперёд с приличной для такого судёнышка скоростью. Ближе к полудню свернули в протоку.

-Эй, старик, куда ты правишь? Что-то рукав слишком узкий!

-Он и есть самый узкий из восьми. Часто мелеет, меняет течение… Не сомневайся, идём куда надо! – поспешно отозвался лодочник. И тут же, энергично работая вёслами, завёл длинную балладу про диких волосатых людей, которые называются балмазами, живут в непролазных чащобах и не любят показываться человеку:

-Им ведомы тайные тропы миров…

Брен наклонился с кормы к Ире, которая сидела в лодке посередине:

-Имя у него эрминское, но он не эрмин, он – ороле. Жили они здесь раньше или пришли в давние времена вместе с эрминами – учёные люди спорят об этом. И откуда пришли, неизвестно, скорей всего, из-за моря.

«Или прилетели», подумала Ира.

-О чём это вы там шепчетесь? – с подозрением спросил Нихъян, обрывая песню и правя к берегу. Ему не ответили.

Лодку вытащили на берег и поднялись вверх по обрыву. Среди деревьев высилась скала сизо-синеватого цвета, возле неё дерево было густо увешано ленточками, мешочками, связками сухих цветов. Неподалёку в зарослях пряталась хижина. Нихъян оставил в ней Брена и Иру и вышел со словами:

-Наберу кореньев для похлёбки, а вы покамест отдыхайте.

Вокруг было странно тихо, не слышно ни зверей, ни птиц, как перед грозой.

Хмурый Брен выждал небольшое время и пошёл за лодочником следом.

Нихъян, озираясь, спустился к воде. К берегу пристала большая лодка, из неё выбрались шестеро молодых крепких мужчин.

-…Поделим всё, что при них найдём, а их обоих продадим… - донеслось до Брена. Он бросился назад, стараясь не шуметь.

И снова эрмин и землянка бежали, точнее, карабкались вверх по склону, где деревья перемежались большими серыми валунами.

Пробегая мимо одного такого валуна, Ира споткнулась, ухватилась за каменный бок, и неожиданно её пальцы утонули в шерсти. «Валун» зашевелился, выпрямился во весь рост и оказался громадной обезьяной, поменьше ростом, чем кхирпоунская, и с шерстью серой, а не бурой, но в маленьких тёмных глазках тоже светилась гипнотическая сила.

-Кхира… Это кхира!!! Брен, беги-и-и!!!..

-Кхр-р-р! – рявкнула обезьяна, перешагнула через сжавшуюся на земле в комочек девушку и затопала вниз по склону, громко хрустя валежником.

Разбойники с криками ужаса ринулись обратно к реке.

Брен вернулся, схватил Иру за руку, вздёрнул на ноги и потащил вперёд…

По листьям и хвое зашуршал дождь. Эрмин и землянка бежали. Цветущая мокрая ветка хлестнула Иру по руке, и руку ожгло резкой болью, но девушка не обратила на это внимания. Ей не хватало воздуха, она спотыкалась и всё больше отставала от пирата.