Я сначала не понял, к кому обращаются гвардейцы Гриммартов — ко мне или Змейке, вдруг кто-то решил с ней пофлиртовать, а то мало ли самоубийц вокруг. Оказалось, что вообще к Лене и Целителю, занимающихся пострадавшим.

— Вы в порядке? — жалостливая Лена не обращает внимания ни на кого, кроме парня на полу.

— Да… — выдыхает тот, открыв глаза. — Пожалуйста… бегите… Они убьют вас…

Веселье нарастает. Но вот что интересно — совету парня следует только бармен. Он, как бочонок, катится в подсобку. Хотя, может, он просто ушёл за чистящими средствами?

— У тебя еще мыло закончилось! — на всякий случай кричу ему вслед.

— Это наша падаль! Кто вам позволил его лечить⁈ — рявкает один из Гриммартов, которые, грозно одернув кобуры с пистолетами, окружают мою жену и Целителя. Они даже не взглянули на Змейку и Великогорыча — видимо, настолько уверены в своей власти в городе, что не ждут отпора ни от кого.

— Ты гонишь, — лениво произношу я, облокачиваясь на барную стойку.

— Что сказал⁈ — рявкает боец, обернувшись ко мне.

— Гонишь, говорю. Паренёк — не твоя падаль, а мой подданный. Как и девушка. А ты, выродок, за то, что поднял руку на моих горожан, сейчас порвёшь себе ноздри.

— Что⁈ Да пошёл ты… — он резко дёргается к кобуре, но мой мозг быстрее его руки. Пам — и пси-ножи вонзаются в черепушки всем пятерым гвардейцам одновременно. Их слабые щиты лопаются, как переспелые ягоды, и вся банда дебоширов оказывается в моей власти.

— Вы слышали приказ, — бросаю скучающим тоном. — Исполняйте. Все.

По команде гвардейцы начинают ковыряться у себя в ноздрях, а потом резко дёргают пальцы наружу.

— А-А-А! — раздаётся короткий, единый вопль боли. Все пятеро с глухим стуком падают на пол, который теперь покрыт брызгами крови. Бездыханные тела раскиданы, а лица искажены от болевого шока. Потеряли сознание. Бывает.

— Боже… — тихо шепчет девушка, в ужасе глядя на изуродованное лицо того, кто ещё недавно зажимал её. Но затем она замечает своего вылеченного парня и со счастливым писком бросается к нему. — Петя! Петечка!

— Лиза! — парень прижимает её к себе, всё ещё слегка ошеломлённый. Через её плечо он смотрит прямо на меня, явно не понимая, что происходит. Я, не обращая особого внимания, вытираю стойку тряпкой, которую нашёл в раковине. Просто не могу смотреть на этот свинарник. — Г-господин, спасибо вам огромное!

— Не благодари, — отмахиваюсь. — Я же не могу позволить твориться всякому безобразию в моём городе.

— В вашем городе⁈ — парень и девушка одновременно ошарашенно произносят.

Лена, с лёгкой улыбкой, поднимает руку, на которой сверкает родовой перстень.