План, который был придуман наспех, стал потихоньку осуществляться. Эх, не наделать бы ошибок. Нательный крест, что был на мне, сколько я себя помню, взяла в ладонь. Мне передал его мой родной отец, узнав, что я родилась, так сказал аббат. Барон де Фуркево примите ли вы меня в свою жизнь? Если я появлюсь в ней так внезапно.

Рубашку, в которой зашито часть ценных вещей я сразу свернула и сложила в саквояж. Собрав все вещи, что находилась в комнате, отнесла их в кабинет и закрыла его на ключ.

Ночь выдалась спокойная, мадмуазель Жанна пока не мучилась токсикозом, но я переживала, как она перенесет поездку в Париж, нам придётся пересечь почти всю Францию.

Следующие два дня ушли на приобретение обуви, пришлось купить еще один саквояж, и ещё кучу всякой мелочи, но всё это необходимо в дороге и самое главное нужно было узнать, с кем у нас есть возможность уехать в Париж.

Своим волосам я сделала маску из заваренной кожуры грецкого ореха, продержав её четыре часа на волосах, так я стала немного темнее, а лицо отбелила маской из огурца с добавлением оливкового масла, привела в порядок руки, ногти и брови. Мне нужно было немного отличаться от себя прежней в образе брата. Да, мы похожи с Филиппом, но я Каталина — мы брат и сестра. Волосы я каждый вечер закручивала на тряпочки, и имела роскошные кудри.

Жанна брала с меня пример, в итоге благодаря недорогим продуктам с рынка, овощам и фруктам мы стали более достойно выглядеть.

* * *

По торговым рядам ходили всегда вдвоем с мадам Жанной, голова и часть лица были полностью покрыты мантильей, высокий гребень не вставляли в прически из-за траура. Вели разговоры очень тихо, траур помогал нам, к нашему горю окружающие относились уважительно. Но он и затруднял возможность получения нужной информации. Как же я ошибалась, когда думала, что сядем в экипаж и уедем, оказывается, это как раз была самая сложная часть нашего плана.

Всё не так было просто, как когда-то в двадцать первом веке, дороги были плохи и опасны, а две юные особы, благородного происхождения в принципе смотрелись странно и привлекали внимание, находясь без сопровождения. Расспрашивая про караваны купцов, следовавших в Париж, я наталкивалась на непонимающие взгляды редких собеседников. Стало приходить понимание, что ни один здравомыслящий торговец не возьмет за нас ответственность, и не повезёт в другую часть страны, но решила не отчаиваться. Мы сможем где-то затеряться в провинции, но туда тоже надо как-то добраться.

Раздумья не оставляли, готовиться в дорогу мы не переставали, надеясь на случай. Продлили срок аренды номера в гостинице. Ценные вещи я решила спрятать практически на себе, пошив на пояс прочную сумочку и закрепив её под платье. Мне нужна была хорошая, крепкая ткань, так с мадам Жанной мы оказались снова в мастерской, в которой нам шили траурные одежды. Мы сделали заказ, и та же мастерица пообещала привезти нам всё в гостиницу. Её изумлённый взгляд скользил по мне. И я уже пожалела, что вернулась сюда, упустив из внимания, что уже женщина видела меня, но в другом образе.