Коллеги Нико, судя по виду, были со мной согласны. Он досадливо хмыкнул:

— Хрен с тобой, юное дарование. Чего хотел-то?

Я отошёл с ним в сторону. Хильда с Вилмой последовали за нами, но в разговор не вмешивались.

— На днях, — сказал я, — мы попали в шторм, как и вы с напарницей четырнадцать лет назад, на том же участке. Нас вынесло в новый мир, которого не было в каталоге. Там летают на ящерах, а у колдунов глаза — как у змей. Вы там не приземлялись?

— Парень, — сказал Нико терпеливо, — ты на солнышке перегрелся? Какие змеи, какие ящеры? Если уж так неймётся, попроси наш отчёт в конторе, там всё написано. Лёд и камни, ты понял? Вот среди них мы и куковали три дня подряд. Пообщались вволю, ага. До сих пор икается…

— Извини, что спрашиваю, но всё-таки. Если вы были несовместимы психологически, но почему вас объединили? То есть я понимаю, что выбор был минимальный, но лучше уж вообще не лететь, по-моему, чем вот так.

— Самый умный, да? Считаешь, начальство — дурней тебя? Совместимость была нормальная — комиссия собиралась, прежде чем нас отправить. И с Эвой нас познакомили загодя — девчонка спокойная, молчаливая даже. Думал, сработаемся. Кто ж знал, что после аварии у неё так резьбу сорвёт? Орала на всё округу, слюнями брызгала…

— А по-моему, — сказала вдруг Вилма, — вы говорите неправду.

Нико смерил её недоброжелательным взглядом:

— Очень ценное мнение. Ты вообще кто такая?

— Маг разума. Мысли я не читаю, но фон улавливаю. И нет, я не утверждаю, что вы нам злонамеренно врёте. Может, вы сами себя заставили забыть, как всё было на самом деле. Нарисовали картину в памяти, которая вам удобна…

— Слушай, блондиночка, — вкрадчиво сказал Нико, — а иди ты на север, к дальнему фьорду. И больше не возвращайся.

— Так, стоп, — предостерёг я. — За языком следи, иначе у меня тоже резьбу сорвёт, тебе не понравится. Девчонки, а вы, пожалуйста, подождите на перекрёстке, вон там. Подойду к вам через минуту.

— Хорошо, Тимофей, — спокойно сказала Хильда, — мы подождём.

Они отошли, а я обратился к Нико:

— Ответь буквально на два вопроса, тогда свалю. Я сам не в восторге от нашей интеллектуальной беседы, но если будет ясность, то мне это реально поможет. Вы не садились больше нигде, кроме тех ледяных камней? И на радаре не видели ничего необычного? Бортовой самописец у вас сломался, нельзя проверить. Может, в отчёте вы что-нибудь не стали упоминать?

— Да что ж ты как клещ, — в сердцах сплюнул Нико. — Внятно же тебе объясняю — три дня сидели на одном месте. Шторм нас застал на выходе из прыжка, вообще неожиданно. Об грунт долбануло так, что мы с ней думали — всё, больше не взлетим. И контур у нас перезапустился только раза с двадцатого. А когда получилось, смылись оттуда быстрее своего визга.