И вдруг зорганец громко расхохотался, даже отступил от меня на несколько шагов.
— Ты считаешь, что я мальчик по вызову? Серьезно? Нет, милая, я так мелко не работаю. Со мной заключают контракты минимум на три месяца. И ты, милая, его заключила. Правда, без предоплаты. Но тут я пошел на уступки. Все-таки дочь известного ученого и сама тоже не последний человек в научной среде. Я был польщен и рад заполучить такую клиентку, потому что этот контракт украсит мое портфолио.
— Но я не подписывала с вами никакого контракта! — прокричала я, не в силах больше терпеть это бесконечное издевательство.
Меня этот спектакль не просто утомил, я начинала ощущать подступающий приступ бешенства. Годы работы моего психотерапевта, похоже, пошли насмарку. После этого подарка мне, возможно, опять придется ложиться в клинику.
— Ну, как же не подписывала? — не унимался мой мучитель. — Если считаешь, что контракт не настоящий, то зайди в государственный реестр и посмотри. Наш с тобой договор туда уже внесен. Его регистрационный номер найдешь в тех бумагах, которые я тебе...
— Все! Достаточно! — я выставила вперед руку, этим жестом пытаясь прерывая поток очередной ахинеи. — У меня уже голова раскалывается от вашего шапито. Сколько можно вас просить закончить это уже порядком надоевшее представление? Вы, молодой человек, заигрались! Я уже догадалась, что вы никакой не жиголо, а обычный актер. Хороший, замечу, актер. Но простите, всякому терпению приходит конец. На любом спектакле у зрителя есть право уйти с представления. Так вот, учитывая то, что актера вызвали на дом, зритель имеет право восвояси отправить актера!
И я замолчала, чтобы отдышаться.
Все тело трясло. Усталость, шампанское, выходка моих псевдоотцов и докучливый гость вкупе сыграли в пользу моей болезни. Мне нужно было срочно принять лекарство.
Не дожидаясь реакции зорганца, я быстрым шагом направилась на кухню.
С трудом, дрожащими руками я открутила крышку баночки с таблетками, налила в тот самый злополучный бокал воду и проглотила сразу две дозы.
Пусть завтра будет тошнить, но мне надо срочно успокоиться, а с одной дозы в таком состоянии я буду приходить в себя не менее часа, а это долго. За час я могу сорваться, а этого допускать не в коем случае нельзя, тем более при постороннем. Еще не известно, когда его удастся выпроводить.
Я постояла некоторое время с закрытыми глазами, прислушиваясь к ощущениям тела. Вроде бы таблетки начинали действовать. Дрожь пальцев почти исчезла, а чувство нереальности окружающего мира сменилось ясностью сознания.