— Это все феромоны, — проговорила я себе под нос.
— Ты думаешь, это чистая физиология? — всхлипнула подруга и размазала тушь до самого уха.
— Думаю да. И еще изощренное коварство...
Я погладила подругу по щеке и прижала к своей груди ее зареванное лицо. И Мира разрыдалась в голос.
Похоже мои таблетки для нее слабоваты.
Глава 13. Оскорбление
После обеда по расписанию у меня перерыв на три часа, и в свободное время я решила разложить вещи по ящикам нового рабочего стола. Старый я, разумеется, выбросила.
Зорганец в этот момент лежал на диване, который у меня стоит в кабинете на тот случай, когда я задерживаюсь допоздна в университете и нет сил ехать домой. Парень, ухмыляясь, наблюдал за моими действиями. Потом решил это прокомментировать:
— Старый чем был плох? По мне, так солиднее смотрелся. И прочнее...
Он сделал пару движений бедрами, вполне красноречиво имитируя известный процесс, и подмигнул.
— Так надо, — ответила коротко, потому что желания общаться с этим продажным пошлым типом у меня не было. Понятно, что они со своим коллегой успели обсудить свои рабочие будни. Бедная Мира!
— Ясно... Не любишь вещи, побывавшие в употреблении, — гаденько улыбаясь, промурлыкал мерзавец.
Я проигнорировала реплику, как и ее грязный подтекст, и продолжила с невозмутимым видом загружать в стол свои конспекты. Я даже краснеть перестала на всякие пошлости. Закаляюсь. Оказывается, бывает даже полезно пообщаться с подобными экземплярами.
Зорганец еще с минуту поизучал незамысловатый процесс распределения моих рабочих принадлежностей, а потом, утомившись, засунул в уши наушники и прикрыл глаза.
* * *
Как и обещал зорганец, ровно к двум часам прибыл инспектор из профсоюза работников сферы досуговой физиотерапии.
В кабинет едва слышно постучали, и после приглашения через узкую щель чуть приоткрытой двери протиснулся худощавый высокий мужчина средних лет. Очень вежливый, аккуратный и такой компактный, что его присутствие ощущалось как-то отдаленно, будто бы он не совсем находился в помещении.
— Добрый день, госпожа Радински! Меня зовут Дэр Милисер, я инспектор профсоюза работников сферы досуговой физиотерапии, и в данный момент я представляю интересы господина Эмиля Сэйлера, нанятого вами досугового физиотерапевта.
— Очень приятно, присаживайтесь пожалуйста.
— Ну что же, тогда, значит, начнем? — поинтересовался у меня инспектор, устроившийся за столом напротив меня. Перед собой он разложил несколько папок, плотно заполненных бумажными листами.
— Да, начинайте, пожалуйста, я вас внимательно слушаю, — ответила я вежливо.