— Нет, я не поэтому.
— Тогда из-за отца? Да, маленькая? — он поцеловал мои волосы и тяжело вздохнул. — Потерпи, родная. Мы обязательно его найдем. Вот увидишь.
Доктор Дарис прижал к себе мое тело еще крепче, при этом спустив руки на талию. Представляю, как это выглядело со стороны. Мы были похожи на влюбленную парочку. Поэтому в тот момент, когда приблизились мэтр Флит и Винтер, я стояла красная как помидор.
— Приятель, ты, вижу, времени даром не теряешь, — усмехнулся Винтер и похлопал Дариса по плечу.
— Да уж, — высказал свое мнение на ситуацию и мэтр Флит в своей сдержанной манере.
А я как дурочка продолжала стоять практически не дыша, вместо того чтобы выпутаться из этих двусмысленных объятий. На помощь пришел Винтер.
— Освободи уже девочку из своих загребущих лап, Филипп. Дай нам ее поздравить.
И когда я наконец-то вырвалась на волю, получив на прощание звонкий чмок в щеку, то смогла нормально вдохнуть кислород и немного остыть от жара, сжигавшего мое тело.
Мужчины тем временем пожали друг другу руки, затем обменялись рабочими новостями, а потом только вернули свое внимание мне.
— Ну что? — Винтер отечески приобнял меня. — Наша маленькая принцесса совсем уже выросла и скоро станет профессором? Не сомневайся, звание у тебя в кармане. И учти, я ни во что не вмешивался. Это полностью твоя заслуга.
Он наклонился с высоты своего немаленького роста и поцеловал меня в уголок губ. Промазал? Я немного смутилась, но не стала зацикливаться на случайности.
— Поздравляю, Ниса! Я всегда был уверен, что тебя ждет блестящее будущее, — как обычно эмоционально сдержано поздравил меня и мэтр Флит.
Самуэль Винтер, доктор Дарис и мэтр Флит — ближе их у меня никого нет.
Я никогда не знала матери, она умерла при родах. Меня растил отец и его друзья, разделяя с ним хлопоты по моему воспитанию. И сейчас, когда родного отца нет рядом, эти трое неразлучников во всем помогают мне, ни на миг не оставляя без своей отеческой заботы.
— Спасибо, мои родные! — у меняя даже навернулись слезы умиления, так я была тронута вниманием дорогих мне людей.
Я обняла каждого по очереди, прижимаясь к широкой груди и целуя в щеку, как принято в нашем узком кругу.
Когда я отстранилась от доктора Дариса, все еще фантомно ощущая воздействие его колдовской ауры, то почувствовала, как натолкнулась спиной на какую-то преграду.
Я резко обернулась и уперлась прямо в немигающие глаза своего аспиранта Энтони Ноули. Он находился на таком близком расстоянии от меня, что я буквально впечаталась в необъятный букет алых роз, который он плотно прижимал к своей груди.