Да что же это такое? Где мои выдержка и нейтральный тон? В моем голосе слышится столько откровенной злости. Это что — ревность? Вот позорище!
И в этот момент я поймала довольный взгляд зорганца. Он мне игриво подмигнул, а я от смущения опустила голову и уткнулась в планшет.
Но текст перед глазами выглядел как набор бессмысленных символов. Я не могла сосредоточиться на материале лекции.
Все мои мысли находились на последнем ряду, там где сейчас мило перешептывались двое: моя студентка и мой...
Мой? Да, мой!
Я плачу бешеные деньги за его феромоны, а он их бесплатно распыляет на посторонних девиц. Еще и прядь ее крашенных в блонд, завитых бигудями волос заботливо заправляет ей за ухо. Крупное такое ухо, оттопыренное. Такие надо прикрывать волосами, а не выставлять на показ.
О, боги!
Это что — мои мысли? Я докатилась до мелочного разбора внешности соперницы? В кого я превращаюсь? И какая она мне соперница? В том смысле, мы с ней никого не делим. Ведь это же глупо — ревновать оплаченного любовника. Или не глупо? Он же мне принадлежит, а значит, не должен так явно демонстрировать внимание к другой женщине.
Да что это за глупости крутятся в моей голове?
Приди в себя, дура, и начни уже наконец занятие!
— Госпожа Радински, а какая тема сегодняшней лекции? — вывел меня из комы бредовых размышлений голос моего лучшего студента.
При этом он участливо поинтересовался:
— Вам плохо, может в медпункт позвонить?
— Не надо в медпункт, просто я не выспалась. Вчера был сложный день...
— Так у госпожи Радински вчера защита была. Кстати, поздравляем! — донеслось откуда-то слева.
— Спасибо, господа студенты. Но давайте уже начнем. Тема сегодняшней лекции «Влияние природной среды вулканического Кориса на особенности формирования психологических особенностей корисанской расы».
— А я думала мы сегодня зорганцев будем изучать, раз вы его с собой привели, — донесся разочарованный голос Риты Лисовской.
Я подняла глаза и уставилась на белобрысую нахалку, которая, сидя в расслабленной позе, привалилась к плечу довольно улыбающегося представителя названной ею расы.
— Да, я тоже так подумала, раз вы защитились на эту тему, — вставила свои пять копеек Мари Карт, бессменная подпевала Лисовской.
— И что теперь? — я практически испепелила взглядом эту студентку. Беспардонной простоте Карт можно только позавидовать. Поэтому я без зазрения совести решила сорвать рвущуюся наружу злость на попавшей под горячую руку девице.
Мари Карт вся съежилась под моим долгим молчаливым взглядом. А я продолжила уничтожать ее тоном, насквозь пропитанным ядом моего недовольства и ничем не объяснимой досады: