— Поняла, — нехотя согласилась я с его доводами. Они были резонными.

— Вот и умничка, — доктор наклонился и мазнул поцелуем по моим губам. Как-то стало неловко. Я посмотрела ему в глаза, чтобы понять, зачем он это делает.

— Не смотри на меня таким прожигающим взглядом. Я не стану ничего делать против твоей воли и тем более манипулировать, пользуясь положением твоего лечащего врача. Тебе ничего не угрожает. Пока сама не захочешь чего-то большего, я черту не перейду. А этот поцелуй... Просто я его украл. Не злись, маленькая упрямица.

Я отвела взгляд в сторону. Конечно, что-то екнуло в этот момент, ведь я многие годы была влюблена в Дариса. Но сейчас... Мне вдруг вспомнился первый поцелуй с наглым зорганцем, то, как я таяла в его горячих руках, а еще та ночь, когда он меня так бессовестно ласкал... Странно. Я что, скучаю по этому негодяю?

— Доктор...

— Филипп и на ты, пожалуйста. Честное слово, Ниса, ты убиваешь этими своими формальностями. Даже когда мы изображали твоих отцов, твой официоз откровенно коробил.

Я пропустила мимо ушей ворчание Дариса и решила спросить о более важных вещах:

— Филипп, скажи, удалось выяснить, для чего меня доводили до приступа.

— То, что это связано с твоим отцом, сомнений никаких не вызывает. Профессор Радински занимался очень серьезными проектами. На его разработки может начаться большая охота. А вот с какой целью тебя терроризируют, до конца не ясно. Поэтому, пока все не выясним, пусть все остается как есть. Зорганца придется потерпеть. Он нам нужен рядом. Это единственная ниточка, которая ведет к его заказчикам. Мы будем спокойно наблюдать и ждать следующего хода. И ты знаешь, что находишься под надежной защитой, поэтому ничего не бойся.

* * *

Дни в клинике тянулись медленно и нудно. Я соскучилась по обычному рабочему ритму. Меня, конечно же, постоянно кто-то навещал. То мэтр, то дядя Самуэль. То подруга Мира с кучей новых университетских сплетен, кое-кто из коллег тоже наведывался. Но это не помогало. Я откровенно маялась от безделья, потому что работать в клинике доктор Дарис мне категорически запретил, ссылаясь на то, что моя нервная система до крайности истощена, и поэтому мне предписан режим огородного растения. Просто лежать и расти.

Мой зорганец постоянно находился в моей палате. С тех пор, как контракт расторгли, выплатив зорганцу неустойку, парень переменился. Из наемного любовника он превратился в моего подопечного. Зорганец даже одеваться стал иначе. Спортивные штаны и обычные футболки. В поведении никакой развязности, из речи исчезли пошлые шуточки. Книги бумажные где-то раздобыл. Увлекся историческими хрониками. Прямо глотал один том за другим. Я от нечего делать читала за ним следом и тоже пристрастилась к теме. Мы часто обсуждали прочитанное, спорили. Бывший жиголо оказался достаточно умным и разносторонним. На вопрос об его образовании, он уклончиво ответил, что оно у него есть и хорошее, но какое, не суть важно.