Клаустрофобией я не страдаю, но сидеть под этим одеялом было нестерпимо. Время шло медленно, и ждать было ужасно. Наконец, раздался звук подъехавшего автомобиля. Я выглянул из-под своего савана. Да, это была белая «Волга» инкассаторов. Дверь открылась, хлопнула, донеслись звуки голоса. Кто-то что-то сказал.

Теперь нужно было действовать. Стрелки были уже на позиции, но их взгляды, разумеется, были сейчас направлены в сторону «Волги». Один из них был за кустом и «Ниссу» видеть не мог в принципе. Второй стоял за большой вентиляционной трубой и тоже пока не должен был видеть моё укрытие. Стоило ему сделать шаг вперёд, и вся картина открылась бы, как на ладони. Или почти, как на ладони. Всё-таки, было уже темно.

Военный метатель был напряжён, не понимая, где же машина сопровождения и приедет она, вообще или нет. Она сломалась и не приедет. Это знал я. И ещё я знал, что надо было действовать. Немедленно! Прямо сейчас!

Я тихонько потянул за ручку двери, и замок щёлкнул. Как громко! Твою за ногу! Я притаился. Нет, военный не обратил внимания, он внимательно всматривался в сторону, откуда мог приехать милицейский уазик.

Ну, что же, поехали!

Я толкнул дверь. Резко и сильно. Она отскочила, открывая мне путь. Как распрямившаяся пружина, я вылетел из кабины. Офицер услышал или почувствовал движение и начал оборачиваться в мою сторону.

Но шансов у него уже не было. От меча возмездия было уже не спастись. В прыжке я обрушил на его голову кирпич. Раздалось глухое «бум», но в тот же момент резко хлопнула дверь служебного входа перекрывая все остальные звуки.

Из двери вышли двое — инкассатор с мешком денег и сдавший смену сотрудник охраны, одетый в гражданку. Они громко разговаривали.

Я поддержал обмякшего офицерика, не давая ему с грохотом рухнуть на асфальт, аккуратно его опустил, выпрямился и достал из-за пазухи чёрный горячий ТТ. Сомнений больше не было, посторонних мыслей тоже. Голова очистилась и на сердце стало спокойно. Мандраж отступил и сейчас надо было только действовать.

Я больше не был человеком, я был функцией, хладнокровным орудием. Моё тело напряглось и приготовилось броситься на врага сразу, как только этот враг появится из-за кустов. Сейчас. Сейчас… Вот сейчас… Я подался вперёд, дыхание сделалось ровным и…

— Не вздумай, — прошептали сзади меня, и в затылок упёрлось что-то твёрдое и холодное.

Москвичи сидели перед телевизорами и со смехом следили за приключениями героев фильма. Было хорошо. Приближались праздники. Ранняя весна врывалась в сердца, наполняя их радостным и сладким ожиданием. Тёплый, напоенный весенними ароматами, воздух будоражил и волновал, щекотал нервы, томил и звал вперёд. Может быть даже к победе коммунистического труда. Или к победам олимпийским. Кто знает…