— Алло, — раздался в трубке недовольный женский голос.
— Здравствуйте, я бы хотел с Евгенией Летуновой поговорить.
— Минуточку. Женя, иди, тебя к телефону… Не знаю, мужчина. Жених, наверное…
20. Что-то нервное в воздухе
— Жень, привет, это Жаров, — сказал я, когда она подошла к телефону.
— Ой, Саша… — обрадовалась она. — Приве-е-т.
— Привет-привет, — усмехнулся я.
Нет, всё-таки дневники дело такое, сугубо личное, посторонним точно нельзя читать. Во-первых, стыдно и неприятно, а во-вторых, после этого уже не можешь разговаривать с его автором в привычном тоне, что ли…
— Ты давно приехал?
— Сегодня утром прилетел.
— Ого! И сразу звонишь?
— Жень, ты как сегодня по времени? Я поговорить с тобой хочу.
— Поговорить? — переспросила она, чуть помолчав. — О чём-то конкретном?
— Ну… да. О чём-то конкретном, ты права. Ничего такого, просто поговорить.
— Тогда… — её голос прозвучал немного взволнованно, — приезжай ко мне домой.
— Нет, Жень. Давай в кафешку сходим. В «Космос», например. Мороженого поедим.
— В «Космос»… туда всегда такая очередь жуткая. Давай в «Метелицу»? Посидим под зонтиками, погода хорошая ведь.
— Ну, хорошо, пойдём в «Метелицу». В пять?
— В половине шестого, ладно?
— Договорились, Жень. Пока.
Я повесил трубку. Пока… Вот тебе и «пока»…
— А, зятёк… — хмуро кивнул Кофман, когда я заглянул в его кабинет. — Привет.
Он посмотрел на часы и встал из-за стола.
— Пойдём, отобедаем, — поморщился он. — Заодно и расскажешь, как тебя там встретили.
Мы прошли по коридору и вышли через служебный выход. Он подошёл к бордовой «Волге» и достал из кармана ключ.
— О, новая тачка, — одобрительно кивнул я.
— Служебная, — пожал он плечами. — Скоро и у тебя такая будет, если захочешь. Правда, личная. Ты готов на работу выходить?
— Конечно, готов, как пионэр. Всегда.
Он промолчал и уселся за руль.
— Прокатимся, — сказал он, когда я тоже сел в машину.
— Прокатимся, — кивнул я. — Правда, я не слишком голодный.
— Значит, всё прошло хорошо? — пристально взглянул он на меня, игнорируя мою реплику о еде.
— Да, вполне. Согласно плану.
— Ну, рассказывай, как там наш Ананас себя вёл?
— Неплохо, если честно. Без выкрутасов, можно сказать. Делал всё, что нужно. Правда…
— Что? — с тревогой глянул на меня Кофман.
— Да, ребятки его, Выдрин этот и ещё там один… Они, конечно, забубённые кенты…
— В смысле?
— Да… грохнули они этих бандюков, одним словом…
Кофман поджал губы.
— Я говорил тебе, — через какое-то время откликнулся он с сердитым видом, — что это вообще не шутки, что мы влипнем как мухи в мёд. И хорошо бы, если бы в мёд, а то…