— Помну, конечно, а что с ней, со штукой этой…
— Да… блин… ну, там проблема одна… появилась.
— Какая?
— Слушай… по телефону не хочу. Можешь из дома выйти? Я бы во двор к тебе подгрёб. Ты же в центре, да? Рядом с площадью Пушкина?
— Ну, да… Так давай прямо у памятника тогда.
— У памятника?
Он снова замялся…
— Не… на виду у всех?
— Что за конспирация такая? Ну хочешь, приходи во двор ко мне. Потом домой поднимемся.
Он помолчал немного и переспросил:
— А?
— Блин, ты не один что ли?
— Ну, ладно, давай тогда домой приду…
— Я уж лучше спущусь, встречу тебя. Через сколько будешь?
— Через пять минут.
— Ох, ёлки… Ладно. Сань…
— А?
— У тебя всё хорошо?
— Ну… да, — неуверенно ответил он и тут же добавил с показным энтузиазмом. — Да, всё отлично у меня. Знаешь, давай лучше у «Орбиты» тогда. Это ж тут рядом. Я на лавочке сидеть буду.
Не дожидаясь моего ответа, он повесил трубку.
Дело было явно нечисто. Я быстро оделся и вышел на улицу. «Орбита» — здоровенная, следящая за телевизионным спутником антенна, находилась рядом, в сквере между моим домом и набережной. Там обычно гуляло много людей, но были и укромные места, спрятанные от глаз островками елей и кустов.
На всякий случай я пошёл не напрямую, а сначала прошёл так, чтобы оставаться незамеченным и глянуть на место встречи издалека. Саня сидел на лавке один и поблизости никого не было. Я подождал, покрутился, посмотрел… Нет, всё было чисто.
Не заметив ничего подозрительного, я, наконец, подошёл и сел рядом.
— Здорово, — сказал я и протянул руку.
— Привет, — тускло и безрадостно ответил он. — Извини…
— За что? — нахмурился я.
— Слушай… так вышло, я не хотел говорить, но…
— Чего говорить-то, ты не волнуйся, скажи как есть.
— Да про пистолет этот злосчастный…
Я услышал, как за нашей спиной остановилась машина, и хлопнули дверки. Можно было бы встать, метнуться, убежать, но оставлять испуганного пацана одного я не хотел.
— Да не парься ты, разрулим сейчас, — кивнул я и хлопнул его по плечу.
— Прости, правда…
Я обернулся. От машины к нам быстро шли три человека. Явно урки. В том, что это синие сомнений не было никаких.
— Ну чё, бакланчик, — недобро сказал один из них, вальяжно подойдя поближе. — Волыну вернуть придётся, еслив чё.
Двое других обошли скамейку и расположились так, чтобы отрезать дорогу к отступлению.
— Сейчас поедем, где ты там её прикопал, и заберём. Ты понял меня, фраерок?
Он сплюнул мне под ноги, сверкнув тусклым железным зубом.
4. В центре внимания
Я спокойно оглядел эту троицу бродячих шелудивых человекообразных псов. Как говорится, сложно, но можно. Противостоять было можно. Они выглядели грозно — жилистые, злые, тёртые, но слишком уж уверенные в своём превосходстве и не ожидающие подвоха. Так и хотелось сбить с них спесь.