Утром меня поднял звонок в дверь. Я посмотрел на часы. Ёлки… Семь утра. Кого там принесло? Я подобрал валяющееся на полу покрывало, завернулся в него и прошлёпал в прихожую.
— Кто там? — спросил я через дверь.
— Майор Закирова.
Ух-ты… Не ко времени, блин. Надеюсь, настроена она была не на нежности… Я открыл и отступил назад. Ирина была в форме, подтянутая и свежая.
— Ну и видок, — покачала она головой.
— Ты чего, — нахмурился я, — в ресторан меня пригласить хочешь?
Она осмотрела меня с ног до головы.
— Нет, не до ресторанов сейчас. У меня к тебе вопрос. Снова. И, признаюсь, это начинает раздражать. Ответь мне, Жаров. Где ты был двадцать девятого апреля около двадцати часов вечера по московскому времени?
Я пристально посмотрел на неё.
— Ну? Есть у тебя алиби? Только давай без таких глупостей, как в прошлый раз.
— Надо подумать, — почесал я в затылке.
— Думай скорее. Я ведь, можно сказать, неофициально у тебя здесь. Ты в Москве был?
— Да, в Москве.
— Ну, а где именно?
Я замолчал.
— Лучше не зли меня, Саня, — помотала она головой. — Лучше не зли…
3. Ветры перемен
Позади меня послышался тихий шелест. Я обернулся и увидел… ну разумеется, кого я там мог ещё увидеть? Я увидел Эллу. Она стояла в моей рубашке, надетой на голое тело, растрёпанная, босая, невыспавшаяся.
— Так, Жаров, даже не думай! — раздражённо бросила Ирина. — Даже не пытайся!
— Он со мной был весь вечер, — с вызовом сказала Элла.
Я глянул на Ирину и улыбнулся, даже руками развёл, мол, вот так, ничего не попишешь, дело молодое.
— Твою мать, Александр! А пооригинальнее ничего нельзя придумать?
— Так зачем придумывать?
— И родители могут подтвердить, — добавила моя «невеста». — Мама курочку запекала в честь Сашиного прихода.
— Пойдём-ка, — сурово, сказала Ирина и, схватив меня за покрывало потащила в сторону кухни.
— Кофе сварить? — спросил я, когда Ирина закрыла за собой кухонную дверь.
— Вари.
Готовить кофе, завернувшись в покрывало, было неудобно.
— Саня, это что за бред? Ты на каждое дело новую мокрощелку будешь подсовывать?
— Что значит, на каждое? — улыбнулся я. — Сколько ты думаешь у меня этих дел будет?
— Боюсь, что вот это может оказаться последним. И смешного здесь очень и очень мало. В Москве такой шухер подняли, просто пи**ец!
— Ого, ты сматерилась сейчас.
— Хватит паясничать! Нападение на инкассаторов! Это вообще расстрельная статья. За такое без разговоров к стенке ставят!
— А что, инкассаторов ограбили?
— Пытались, одного ранили. Ещё милиционера убили и гражданского одного, а ещё военного работника прокуратуры ранили.
— Неслабый замес. Но причём ты здесь? Это ж Москва! Ты ведь про город Москва рассказываешь, не про кинотеатр?