Сочувствия моя фраза не вызвала, но к дверям мне пробиться удалось. Непроницаемый швейцар, заинтересованный моим продвижением, вопросительно взглянул на меня через стеклянную дверь.

Но народа скопленье не имеет значенья — за дверями швейцар…

Показывать ему деньги и даже тереть большой и указательный пальцы возможности не было, поэтому я постарался сделать максимально понятный мимический посыл. И взгляд, конечно, постарался изобразить горящий и многообещающий.

Сигнал дошёл и швейцар приоткрыл дверь. Ровно настолько, чтобы я мог проскользнуть внутрь.

— Здрасьте. Сколько с меня? У меня тут…

— За мной проходи…

— … девушка…

Он отвёл меня от двери в сторону гардероба.

— Семь. Без сдачи.

Я молча отсчитал купюры, одну пятёрочку и два рублика. Протянул швейцару. Он также молча взял, развернулся и пошёл на свой пост. А я двинул в сказочный чертог, в который ежедневно стремилось попасть изрядное количество посетителей.

Зашёл в просторный зал-стекляшку. Здесь царил тихий гомон, звякали ложечки, позванивали бокалы, кто-то смеялся, кто-то доказывал, кто-то пил. Но все были счастливы и радостны, достигнув вожделенного.

Оглядевшись, я увидел Эллу. Она сидела с подружками за столиком в задней части зала. Она, двое подружек и… и один друг. Ну что же, дружба — это великая сила, Колобок не дал бы соврать, если бы здесь был.

Уверенно и внешне спокойно я направился прямиком к ним. Элла меня заметила. Я увидел, как она растерялась сначала, но лишь на одну секунду, а потом подобралась, выпрямила спину и сверкнула глазами. Я подошёл к столу и за ним сразу стало тихо.

Друг который сидел вплотную к моей невесте, выглядел лет на тридцать и, безо всяких сомнений, был грузином. Волнистые волосы, чёрные глаза, чёрная щетина и элегантный пиджак. Пижон, понимаешь ли.

— Гамарджоба, генацвале, — бросил я.

Признаюсь, меня сам факт бесанул, причём, довольно сильно.

— Здравствуйте, Эллина, — кивнул я. — Не откажете пройти один круг мазурки?

Грузин смотрел недоумённо, он так же недоумённо перевёл взгляд на Эллу, потом снова на меня, должно быть, изображая, что он такой весь из себя крутой, что просто охренел от моего неуважительного и пренебрежительного подхода.

— Ты кто такой? — сочно спросил он. — Элла, кто это, а?

— Уже никто, — с презрением произнесла она и задрала нос.

Вот же дурочка малолетняя!

— Элла, а это кто? — заинтересовались подвыпившие подружки. — Это Саша что ли?

— Это Саша, — подтвердил я, не отрывая глаз от своей суженой. — Ну, раз уж все спрашивают, то и я спрошу. А вот это кто?

— Это наш новый друг, — рассмеялись барышни, совершенно не чувствуя и не понимая нерва ситуации. — Реваз.