На языке вертелся вопрос, кем же все-таки муж работает, если возит такие большие деньжищи, да ещё поздними вечерами на троллейбусе.

— Ольга Станиславовна, если не секрет, а кем ваш муж работает?

— Он директор типографии многотиражной при заводе.

Меня словно током ударило. Эх, если бы в такой типографии выпускать наш журнал!

— Вы, наверно, спросить хотели, откуда деньги? — продолжила она. — Ильюша наладил выпуск разных дефицитных журналов, книг.Переснимает и делают набор. Потом реализуют.

— Дело хорошее. Одобряю.

— Если вам, что нужно, то Ильюша вам поможет. Ну, когда из больницы выйдет.

— Было бы здорово. Очень здорово, Ольга Станиславовна. Мы с ребятами затеяли выпускать школьный журнал. Вот если бы, Илья Петрович помог нам, я бы оплатил.

Она вздохнула, невесело качнула головой.

— Олег Николаевич, да мы вам по гроб жизни обязаны. Ильюша вам всё бесплатно сделает. Только обратитесь.

— Посмотрим, Ольга Станиславовна. Посмотрим.Вы дадите мне номер вашего телефона?

— Конечно, конечно. Записывайте.

Машинально я похлопал себя по карманам в поисках смартфона и тут же мысленно отругал за глупость. Вытащил из кармана пухлую записную книжку, нашёл страничку с нужной буквой, вписал номер Тетерина, как директора типографии, поставив рядом два восклицательных знака. И тут вспомнил, куда и зачем я ехал в этом проклятом троллейбусе! Я же хотел купить сувенир для Марины! Нет, ну какой же я — идиот! Самое главное вылетело из головы. Бросил взгляд на часы — да, мастер, наверняка, уже дрыхнет и видит сны. А если попытать счастья?

— Ещё маленькая просьба. Позвонить от вас можно?

— Ну, конечно, Олег Николаевич. Конечно. В прихожей на стене висит телефон. Звоните, куда хотите.

Я вернулся в прихожую, где висел аппарат. Не особо надеясь на ответ, набрал номер. Длинные гудки звучали так безнадёжно долго, что я уже хотел повесить трубку, понимая, что всё бесполезно, как что-то щёлкнуло и гнусавый, с хрипотцой голос, весело спросил:

— Это хто там?

— Мне нужен Георгий Трофимович. Я от Артёма Викторовича. Олег Туманов.

— А, Олег! Помню, Артём говорил.

— Я хотел сувенир купить. Когда я могу подъехать?

— Да приезжай прямо сейчас. У нас веселье в самом разгаре. Пообщаемся. Путь знаешь? — собеседник сразу перешёл на «ты», и голос его звучал как-то чересчур жизнерадостно.

То, что в двенадцатом часу ночи у него веселье, меня напрягло. Скорее всего, попойка с различными излишествами. Я старался не участвовать в таких мероприятиях. Там лился рекой дешёвый портвейн, танцы быстро переходили в слишком раскованные, которые не сдерживала никакая мораль. Порой какая-то девушка очень свободных нравов, а порой и лёгкого поведения, которую пригласили с Пешков-стрит — улицы Горького, вскакивала на стол и показывала стриптиз. Который к тому времени уже мало, кто мог оценить, настолько всё уже набрались.