Людка коротко рассмеялась:

— Мог, что-нибудь более убедительное придумать. Деваху какую решил охмурить? Да ладно, знаю я вас, псов шкодливых.

Она вышла из кухни, вернулась через пару минут и выложила передо мной две бумажки:

— Вот талон. Вход со двора. Позвонишь и скажешь, что от Степана Игоревича. А это адрес.

Я схватил оба листка, пробежал глазами:

— Там за чеки или за рубли?

— А у тебя и чеки имеются? — выщипанные дугой брови жены поднялись аж до самой линии волос. — Ого, вижу мой муж становится приличным человеком. — За рубли там.

— Отлично! Спасибо, дорогая! Ты просто прелесть.

Жена как-то странно хмыкнула, скорее с грустью, чем с обычным для неё презрением и вышла.

А я после её ухода быстро все убрал со стола, и вытащил стойку для пересъёмки, фотоаппарат «Зенит-Е» (у него съёмный объектив), пачку журналов, которые дал мне Бессонов, лампы. Вытащил из своих закромов несколько черно-белых фотоплёнок «Свема» низкой чувствительности — 100 единиц, прихватив и пару цветных «Орво». Мышечная память позволила мне сразу зарядить плёнку. Но тут же я задумался. Как определить с какой диафрагмой снимать? Выдержку я всегда для такого случая ставил 1/25. Ведь результат я увижу только после того, как проявлю плёнку. Да, это проблема. Но тут вспомнил, что у меня где-то валялся экспонометр. Решил сделать несколько снимков одной и той же картинки, но с разной диафрагмой. Проявлю плёнку, посмотрю. Вытащив несколько пакетиков с проявителем и фиксажем, сразу их развёл в воде, как указывалось на этикетке. Решил, что буду снимать всю плёнку и сразу проявлять.

И тут же с сожалением осознал перед тем, как печатать, плёнку нужно хорошо просушить, поэтому напечатать фотографии — увы, не успею. А я уже разогнался, представляя, как буду священнодействовать в ванной при красном свете, наблюдая, как проявляется картинка в ванночке. И ощущать совершенно непередаваемый какой-то даже пьянящий химический запах реактивов. Хотя. Ехать на день рождения Марины где-то после обеда. Может быть, и успею днём что-то сделать, если смогу справиться с волнением. Я пытался представить место, где отец Марины, второй человек в области, мог устроить праздник для своей дочери? В собственном доме, в ресторане, в кафе? Кого я там увижу? Лишь членов семьи, или каких-то известных людей? Подумал с иронией, что переживаю, как Наташа Ростова перед первым балом.

Штатив для пересъёмки я нашёл на нижней полке — деревянная доска с планками, к которой с краю по центру крепился стержень с рамкой. И всё! Никаких электронных примочек, ничего. Естественно, объектив «Гелиос-44», который стоял на моем «Зените», ни в какую не хотел фокусироваться на маленькой картинке. И тут я вспомнил, что для этого нужны переходные кольца. Их я нашёл в одном из отделений старого серванта в коридоре.