— Я не готов, Боря. Мне нужно до дома доехать, взять там кое-чего.

— Да садись! Я тебя довезу, подожду. Не переживай.

Когда загрузился в просторный салон служебной «Волги», где приятно пахло настоящей кожей, и по телу растеклось приятное тепло, я смог расслабиться.

— Ты просто ангел, который послали мне небеса, — пробормотал я, прикрыв глаза.

— Чего? — не понял Борис. — Ты под мухой что ли?

— Нет, просто я через такой ад прошёл, что уж не верил, что доберусь до дома.

Когда мы благополучно доехали до моего подъезда, я спросил:

— Боря, ты со мной пойдёшь, или здесь останешься?

— Здесь останусь, покурю. А ты давай не задерживайся, Кирилл Петрович не любит, когда опаздывают.

Я вылез и быстрым шагом направился к подъезду, взлетел птицей на шестой этаж. Вытащил ключи, но от волнения уронил их на пол. Попытался открыть дверь, но ключ не проворачивался, значит, Людка дома. На звучную и громкую трель звонка долго никто не подходил, и начал уже бить озноб от мысли, что супружница развлекается с очередным любовником и не слышит. Но тут раздался лязг, дверь распахнулась. На пороге стояла жена, одетая в ярко-красный халат с золотой вышивкой:

— Ты чего так трезвонишь? — поинтересовалась она. — Обоссаться что ли боишься?

— Тороплюсь, — объяснил я, и быстро прошёл внутрь.

— А чего цветы не удалось купить? — увидев меня с пустыми руками, удивилась она.

— Купил, купил, просто в машине оставил.

— В машине? Откуда у тебя машина?

— Мне прислали служебную «Волгу», — с шутливой гордостью объяснил я. — С персональным шофёром. Вот так-то, дорогая супруга. Не такой уж твой муж — голодранец. Можешь спуститься вниз и проверить.

Она хмыкнула, развернувшись, ушла в большую комнату, откуда послышались звуки телевизионной передачи «Музыкальный киоск», певица исполняла что-то на французском, сильно грассируя, что я всегда ненавидел. Судя по всему, Мирей Матье.

А я быстро вытащил доску для глаженья, рубашку, брюки от моего лучшего костюма, в которым было бы не стыдно появиться даже в Кремлёвском дворце съездов, надевал я его крайне редко. Нашёл утюг, радуясь, что Людке удалось ухватить «Philips» с глажкой паром. Быстро разделся и нырнул под душ, и затем переоделся в костюм. Постоял у зеркала в прихожей, пытаясь приладить галстук, но произошла та же история — я сразу начинал задыхаться.

Скрипнула дверь. Показалась жена, встала в проёме, сложив руки на груди, наблюдая, как я пытаюсь завязать проклятый узел.

— Ну, вырядился, — хмыкнула жена, скорее одобрительно, чем злобно. — Бабёнка хоть красивая или так себе?