Я лишь покачал головой и не удержался от сарказма:

— Только под ёжика не стригите.

Но когда он провёл расчёской, зубья коснулись раны на голове, и я невольно вскрикнул.

— Что, разве больно? — удивился парикмахер.

— Царапина на голове, бандитская пуля оставила, — пошутил я.

Сибирцев нахмурился, будто что-то вспомнил.

Парикмахер стал колдовать над моими волосами, чуть подстригая там, чуть здесь, зажужжала машинка, выстригая волосы на шее сзади. Потом мужчина стащил с меня накидку и спросил:

— Ну как теперь?

Из зеркала глядел мужик такой модельной внешности, что я даже скривился. В современно время меня бы назвали «метросексуалом». Элегантно подстриженные баки, взбитая спереди чёлка.

— Вы волшебник, — выдохнул я.

— На том стоим, — расплылся в довольной улыбке парикмахер.

Какое-то время мы ехали молча, уже выехали на Ленинградский проспект. Мимо проскочило серо-розовое здание отеля «Советский».

— Ну как с тем подонком, который в меня стрелял на кладбище? — не выдержал я тягостного молчания в салоне.

— Пока молчит, зараза, — пробурчал Сибирцев, отвернувшись в окно. — Как рыба об лёд, сволочь. Заказчика не сдаёт. Только зубы скалит. Отпечатки на оружие мы нашли, его вина доказана. Можем дело в суд передавать, но ведь нам заказчик нужен! Ладно, разберёмся.

Мы неслись уже по улице Горького, с которой шофёр свернул в объезд по проспекту Маркса, Старой площади, выехали на набережную, слева во всю ширь развернулась белое полотнище реки Москва, скованное льдом. И, наконец, впереди показалась высокая краснокирпичная стена. Но к самому зданию дворца мы не подъехали. Перед большим Москворецким мостом шофёр свернул и повёл машину в парк, где оказалась стоянка для автомобилей.

Через сквер, засаженный высокими голубыми елями, нагими дубами с раскидистыми кронами, засыпанными белыми хлопьями, по обледеневшей дорожке прошли к Тайницкими саду, и, поднявшись по лестнице, оказались рядом с Большим Кремлёвским дворцом, от стены которого шла высокая из кованного железа ограда с шестиугольными столбами. Между самими высокими оказалось КПП, где пришлось предъявить паспорт, пропуск в это святилище, и только после проверки, мы оказались внутри, в простой прихожей с гардеробом, где я перекинул свой полушубок через стойку и пожилая полная женщина в тёмно-синем приталенном форменном платье, подхватила его и повесила на вешалку вместе с другими пальто, дублёнками. И только после этого мы прошли в парадный вестибюль дворца, где высокий свод поддерживали монолитные колонны из тёмно-зелёного гранита с капителями из резного мрамора, со стенами из светлого мрамора. Освещалось это огромными бронзовыми торшерами с десятком шарообразных матовых ламп.