36

Надо было видеть лицо Дживы, когда вечером в очередной раз пришла чистить рану Русу. А она была, мягко говоря, удивлена открывшейся ей картине.

Нет, не червям она удивилась, потому как Рус незадолго до ее прихода промыл рану, удалив из нее всю живность, а тому факту, что рана стала значительно… здоровее.

— Ну что? — спросила Ильмера у жрицы.

— Странно, но гнилого мяса стало меньше. Как так? — все же вырвался у нее вопрос.

— Вашими молитвами богине Живе, — с честным видом ответил Рус. — Как иначе?

Джива с подозрением посмотрела на своего пациента.

— Я любимец богов, они мне помогают, — начал задвигать Рус теорию Славяна, — чужие боги поразили меня за мое деяние с пленением представителем высшей аварской знати, вселив в меня духа разложения, но на нашей земле, где властвуют только наши боги, дух стал слаб и с каждым днем становится все слабее, и благодаря богине Живы он больше не может заставлять мою плоть гнить и скоро совсем будет изгнан.

Джива посмотрела на него с недоверием, а Рус подумал, что служители культов делятся на две части, на тех, кто действительно верит и на тех, кто… является закоренелым атеистом. Собственно атеизм как бы не среди жрецов и зародился, как бы парадоксально это ни звучало, или даже вполне логично, тут как посмотреть.

Отличить одних от других как правило несложно. Те, кто верит, занимаются только религиозными делами, а атеисты лезут во власть прикрываясь божественной волей и конечно же ведут себя вопреки основным постулатам, что проповедует исповедуемая и распространяемая ими религия. Скажем проповедуют умеренность и аскетизм, но сами жрут в три горла и живут в роскоши, призывают прощать ближнего, но мстительны сверх меры и так далее и тому подобное.

Исключения конечно же бывают, как и в любом правиле, причем в обе стороны. Как верующий может лезть во власть, так и атеист не выходит за рамки чисто жреческой деятельности, ну и атеист может быть праведнее самого истового верующего… впрочем последний момент даже не исключение, а повсеместное явление.

«А не в числе ли атеистов находится Джива?» — подумал он.

Впрочем, все объясняющую версию он скормил и Дживе придется утереться, даже если не поверила, ибо поперек божественной воли ей сказать нечего. Не станет же она бегать с криками, что богов нет и такое исцеление н возможно.

«Может подлиться с ней методикой?» — засомневался Рус.

Если Джива тихая атеистка и примет методику лечения нагноения, то сколько раненых удастся излечить? Грех скрывать…

Джива тем временем покивала, сказала, что все хорошо и снова намазала рану.