— Хм-м… э-э… Ты еще мал знать такие вещи!

20

Стоило разобраться с одной проблемой, как новая напасть образовалась. На этот раз ожидаемая.

Температура в марте держалась в пределах минус десяти градусов, так что лед на Азовском море оставался достаточно крепким в том числе в керченском проливе и этим природным мостом воспользовались степняки, чтобы совершить набег.

— Аланы! — выкрикнул прискакавший разведчик.

— Сколько?

— Пять-шесть тысяч!

Армия Руса за счет новых отрядов едва восстановилась до пятнадцати тысяч. Другое дело, что треть занимается охраной рабов.

Что до армии противника, то тут надо признать, что даже двойное количественное превосходство над аланами мало что стоит. Аланы — это аланы. В эти времена это бренд… пока не пришли авары и все не опошлили. Профессиональные и хорошо оснащенные воины, закаленные в многочисленных боях. Армия Руса в этом плане значительно уступала, у него ведь в основном молодняк, что еще не бывал в по-настоящему жестких сечах, да и с оснащением тоже все еще проблемы. В общем лобовое столкновение не приведет к победе. Даже ничья маловероятна. Побегут, если начнется рубка. Так что нечего удивляться тому, что аланы даже зная о численном превосходстве противника, все равно пошли на конфликт ибо в курсе о составе с истинной боевой выучки славян. А значит доводить до рукопашной было категорически нельзя.

Рус послал к Мугелю, но тот повел себя как мудень, то есть отказался принять участие в обороне. Выставь сктфо-гунну свою армию, хотя бы две-трети, то есть тысяч десять, и они бы вместе гарантированно вышибли алан из Крыма, но…

— Нам тут еще жить, — заявил вождь крымских степняков. — Вы уйдете, а мы останемся и тогда аланы следующей зимой нам непременно отомстят.

«Ну хоть к аланам не переметнутся», — подумал князь Рус.

Те пять тысяч, что охраняли рабов, служили своеобразным сдерживающим фактором для местных, чтобы они не присоединились к врагу, ибо стоит им только заключить союз с аланами и воссоединиться с их армией, эти пять тысяч пройдут по становищам скифо-гуннов огнем и мечом.

Пришлось думать, как выбираться из сложившейся ситуации самим. Вариантов выходило не много, о том, чтобы сбежать Рус не думал.

Встретились с охочими до чужого добра на керченском перешейке.

— Слюшай, дэлиться надо, да, — начал переговорщик от алан. — За то, чтобы мы вас не трогали, отдайте все железо что успели добыть, ну и доспехи что на вас так же отдайте, да. Мы уйдем, а вы за лето себе еще добудете, да. Если не отдадите, то сами возьмем, но тогда многих побьем и рабами сделаем, да.