Обойти все-таки смогли, но пехота голиндов, выполнив свою задачу, то есть забросав конницу пруссов дротиками, выбив как бы не половину стала по команде Чеха откатываться к своему правому флангу, чтобы их не смяли.

А на правом фланге шла ожесточенная рубка конниц пруссов и славян. Пруссы, подвергшиеся мощному комбинированному удару превосходящими силами, сначала массированному обстрелу, а потом копейному тарану, плюс рубка в коей они оказались очень посредственны по уже упомянутым причинам, понеся жестокие потери, не выдержали и стали отступать, то бишь бросились в бегство.

— Ты и ты! — указал Рус своим дружинникам. — К командирам первой и второй тысячи, приказ на преследование бегущих! Но пусть не преследуют долго — загонят на речное русло и пусть возвращаются! Ясно⁈

— Да, князь!

Дружинники-посыльные, стали пробиваться к обозначенным командирам, благо их флажки хорошо видны. Вскоре зазвучали рожки тысячников и закачались из стороны в сторону флажки, дополнительно привлекая внимание всадников, еще один пронзительный звуковой сигнал и древки флажков наклонились в сторону под сорок пять градусов, став указателем того в какую сторону нужно двигаться всадникам данных тысяч.

— За мной!

Приказ продублировал сигнальщик, задув в рог нужную мелодию.

Повернув, влево славяне врубились в хвостовые остатки прусской конницы, коих едва осталось под три с небольшим тысячи, головные отряды которой завязли в задних отрядах славянской кавалерии под командованием атамана Славяна. Фактически левый фланг прусской конницы оказался в окружении, причем фактором окружения являлась собственная пехота пруссов, что пыталась добраться до пехоты голиндов.

Не выдержав удара и увидев, что второй отряд их кавалерии сбежал, оказавшиеся в окружении пруссы стали пробиваться через… свою пехоту, буквально стаптывая ее и разбивая на части. Чем воспользовались славянские всадники, принявшись рубить раздерганную пехоту пруссов. К этому процессу подключилась пехота голиндов.

Перебив изрядную часть прусской пехоты, коя по своей кондиции (молодняк и старики) мало что могли противопоставить закованным в латы всадникам, славянская кавалерия кинулась в погоню за прусской конницей.

Увлекательнейшее занятие рубить или бить боевыми плетьми в спину бегущих. И совсем прекрасно если уцелел лук и сохранилось хоть сколько-нибудь стрел в колчане. И у кого-то сохранились, так что обильно полетели стрелы.

Бегущих преследовали километров десять, тем более что оные уходили по реке и процесс погони прекратился лишь когда пруссы разбившись на небольшие отряды стал рассасываться по мелким ручьям-притокам и просто в лес.