Да и вообще еще прошлым летом, Рус понял, что над ним начинают сгущаться тучи. Причин тому хватало, для начала Леху не понравилось, что вместо обретения проблем из-за жизни на границе с кочевниками Рус наоборот стал набирать силу и авторитет, как за счет добываемого железа, так и побед над степняками.

Но это еще удавалось как-то нивелировать за счет того, что Рус отдавал большую часть добытого Леху и распределением занимался уже он сам, хотя конечно все были в курсе, кто действительно это железо добывает. Что до побед, то через агентесс Ильмеры их всячески нивелировали, дескать обычные вылазки за добычей и ничего героического там нет, в общем как могли успокаивали Леха.

Лех тянуть долго не стал и уже на следующий день принял послов.

Лех при этом буравил Руса тяжелым взглядом, ему ясен пень конечно же донесли как Руса встречали простые воины, что ему конечно понравиться в принципе не могло.

Данакт осыпав пана подарками, стал склонять его к союзу с Константинополем, обещая золотые горы приправляя все лестью, пусть грубой, но так и варварам до цивилизованной утонченности еще переть и переть.

— … В этом году воевать с аварами уже конечно поздно, к тому же у вас назревает своя война с северными соседями. Но я уверен, что вы легко их одолеете, как с блеском одолели других северян.

«Сука…» — мысленно сплюнул Рус, увидев, что при упоминании прошлых побед над балтами и пруссами Лех снова зыркнул на него недобрым взглядом.

— … Но в будущем году, великий пан, после того, как ты одержишь победу и станешь властелином над всеми северными землями, думаю многие из твоих воинов будут разочарованы дешевыми трофеями, ведь у твоих врагов нет ничего кроме шкур и шерсти да медовой браги, а настоящие воины должны жить богато для этого нужно серебро и золото!

Окружение согласно загудело.

«Идиоты», — удрученно покачал головой Рус.

— И империя готова вам щедро заплатить! Вы получите серебро, золото, дорогие ткани и вино! При этом вместе с вами победа над степняками будет легка. Вы и сами знаете, что степняки не слишком хорошие воины, — как бы невзначай кивнув в сторону Руса, прославившегося в большей степени именно победами над степняками.

— Да! — согласно загудели присутствующие.

Рус при этом скрипнул зубами, но промолчал.

— Вся сложность войны с ними в том, что их много, — тем временем продолжил заливаться соловьём посол, чего от него Рус не ожидал.

«Хотя чего это я? У них же даже специальная дисциплина ораторское искусство изучается, так что язык у всех сколько-нибудь знатных ромеев подвешен хорошо», — подумал он.