Кольчуга была явно откуда-то родом из ближнего востока, может даже Леванта, где добывали и делали хорошую сталь. Но мысли о превосходной качеством кольчуге шли вторым, если не третьим планом. Руса заинтересовал именно магнитный эффект, ибо когда обшаривал галеру не нашел ничего похожего на компас. А он в предстоящем плавании не помешает.

Так что отвлекя внимание кузнецов, он умыкнул одно колечко. Выровнял его и расплющил, закрепил получившуюся стрелку на кусочке еловой коры и опустил в небольшую деревянную чеплашку с водой, на которой сделал небольшие метки обозначающие стороны света.

И этот самопальный компас довольно неплохо работал.

— Может тогда вот так сделаем, господин? Дойдем вот до сюда, — указал кормчий маршрут вдоль берега до косы не доводя до острова, что там имелся дальше в глубине залива, — а отсюда уже точно на юг, срежем залив и выйдем на западный мыс Крыма…

— Экономим всего один день, там где можем сэкономить два?..

В принципе неплохой вариант, в любой другой момент Рус на этот согласился, но не сейчас. Ему требовалась максимальная скорость. Так что если есть возможность сэкономить два дня, то он не видел смысла отказываться от этого.

— Нет, идем так, как показал я.

— Господин…

— Что еще⁈ — начал раздражаться Рус.

Внезапная вспышка злобы затопила разум. Захотелось кого-то прибить, причем с особой жестокостью. Просто кого-то повалить, да вот того же Клеарха, на палубу и начать месить рожу кулаками, разбивая лицо в кровавую кашу, а потом рвать пальцами и зубами.

Рус сам испугался таких ярких эмоций, прежнему ему не свойственных, да еще столь, мягко говоря, негативного-животного, даже с каким-то маньяческим окрасом. Именно этот «маньяческий оттенок» пугал особенно сильно и удержало от необдуманно-рефлекторного действия.

«Спокойнее, только спокойнее, — попытался он осадить себя, стиснув зубы. — Это не я… это все тело шалит… к тому же отравленное свинцом… оно своей исковерканной биохимией провоцирует вспышки агрессии… спокойнее…»

— Ничего господин, как скажете, господин… — зачастил Клеарх, и чуть кланяясь, отступил не желая спорить с впавшим в буйство варваром.

«Убьет ведь, — испугался кормщик. — Вон как выпученными глазами вращает, а рожу как перекосило. Того и гляди вцепится словно бешеный зверь! Господи Иисусе, спаси и сохрани…»

Кормщик переложил руль, а Русу, с силой до боли в пальцах вцепившемуся в перила фальшборта, потребовалось еще несколько минут самогипноза, чтобы окончательно успокоиться, взяв вдруг взбрыкнувшее тело в руки.

«Однако себя под контролем надо держать иначе однажды мозги в самый неподходящий момент может сорвать так, что мало не покажется, — с беспокойством думал он. — Или это остаточный эффект от вселения?»