Параллельно я методично сканировал густые заросли деревьев, отмечая возможные точки засады и пути отступления.

Через несколько миль довольно монотонного плавания река неожиданно раздваивалась. Основное, широкое, примерно тридцатиметровое русло уходило прямо, теряясь вдали, а вправо, круто врезаясь в стену леса, уходила более узкая протока, шириной не более двадцати метров.

Полуденное солнце все еще стояло высоко в зените, щедро заливая нас своим светом, но почему-то, чем дальше мы углублялись в эту новую, узкую протоку, тем сумрачнее и неуютнее становилось вокруг. Деревья здесь были заметно выше и тоньше, чем на основной реке, их длинные, оголенные ветви зловеще нависали над водой, словно когтистые лапы какого-то гигантского чудовища.

— И какую же особенную рыбу ты здесь обычно ловишь, капитан? — поинтересовался я, чтобы хоть как-то разрядить сгущающуюся атмосферу.

— Да всякую, какая на крючок попадется и которую потом можно выгодно продать на рынке. Мечтаю когда-нибудь лодку побольше купить, а то и целый небольшой флот завести. Стать уважаемым капитаном речной эскадры…

— И как успехи на этом поприще? Судя по твоему «флагману», не очень, — не удержался я от сарказма.

— Нормально, — коротко ответил он, ничуть не обидевшись.

Я скептически хмыкнул, выразительно посмотрев на его дырявую лодку. А он лишь усмехнулся в ответ себе в бороду.

— Я понимаю, как это все выглядит со стороны, человек, но я принципиально стараюсь тратить как можно меньше золота на всякие глупости. Все мое честно заработанное золото находится в очень надежном месте, о котором знаю только я один. И еще пара чаек.

— Экономный ты, однако, ничего не скажешь.

— А то! — Он снова широко улыбнулся, обнажив свои неровные зубы. — Медяк золотой бережет, как говаривала моя покойная бабка.

— Значит, планируешь поднять свое дело, сколотить состояние и спокойно уйти на покой, наслаждаться жизнью?

— На покой? Боги с тобой, нет! Какой еще покой? — искренне возмутился Атаман Григ. — Я собираюсь становиться все богаче и богаче, пока не стану наконец достоин.

— Достоин чего, если не секрет?

— А тебе самому не кажется немного странным, князь, что такой видный эльф, как я, живет здесь, в этой дыре, в полном одиночестве, как отшельник?

— Признаться, я как раз хотела об этом спросить, — неожиданно вмешалась Забава с другого борта лодки. — Но не хотела показаться слишком невежливой, вы ведь все-таки наш перевозчик и хозяин этого корабля. — Она на мгновение повернулась ко мне. — Насколько я знаю, высшие эльфы обычно не покидают свои родные племена и леса, если только их оттуда не изгоняют силой. Они предпочитают жить обособленно, внутри своей общины.