«Конечно, не закончится! Я же, как бы, темным властелином буду!», — польстила себе Надя.

«Ты в зеркало на себя посмотри?!! Ну какой из тебя темный властелин?!», — взмолилась совесть.

«Хорошо, перекрашусь в брюнетку!», — спорила Надя, терзаемая сомнениями.

«У тебя глаза добрые!», — вмешалась Мадам Сижу, всячески отговаривая Надю от почетной должности.

«Я буду темным властелином с добрыми глазами!», — отмахнулась Надя, примеряя на себя корону. — «Зато я буду самой красивой! И пусть кто-то попробует мне что — то сказать!».

«Ты же мухи не обидишь!», — вздыхала совесть.

«А зачем обижать мух? Мне людей обижать придется!», — Надя сжала кулаки.

«Лучше попробовать поговорить с принцем!», — в один голос твердили предчувствия. Нехорошие, между прочим. — «Тебе придется унижать людей!».

«Я просто буду писать «Орфография и пунктуация сохранена!». Этого будет вполне достаточно!», — вздохнула Надя.

«Ты ничего не понимаешь в политике!», — хором взвыли предчувствия.

Но Надя их не слушала. Она уже представляла, что будет спять не с плюшевым мишкой, а с настоящим медведем. Она видела себя грозной походкой идущей по тронному залу. И представляла ужас и трепет на лицах подданных.

«Чем ты по столу будешь бить, доказывая свою правоту?», — в голос рыдали предчувствия.

Надя нервно вздохнула, отмахиваясь от обнимашек принца.

— Правой, — шепотом ответила она, опустив глаза на грудь. — Нет, ну а что?

«А как же принц?!! Он же постоянно будет тереться рядом!» — взвыли предчувствия. Они, словно хулиганы пытались разбить розовые очки и как бригада демонтажников разрушить воздушные замки.

— С принцем все просто. Я скажу, что он — переводчик! Переводит мои нервные клетки! — усмехнулась Надя и закусила губу. А потом зыркнула на принца и добавила. — Лопаткой по голове и похоронить в песочнице!

Она встала и направилась в покои. Принц хвостиком следовал за ней.

С каждым шагом решимость убавлялась. А вдруг она не справится? Она же не знает местных порядков? А вдруг допустит какую-то роковую ошибку?

Надя сидела на кровати в покоях принца и думала, вертя в руках ключик. Может, правда, доверить это дело принцу?

— Вот, прими, в знак моей безграничной любви! — принц тыкал ей в лицо еще одним ожерельем.

Но даже блеск драгоценностей не радовал Надю. Надя думала. И сомневалась.

— Ну, надела? — не выдержала Надя, показывая ожерелье на шее. — И? Успокоился?

— О, любимую так и хочется осыпать комплиментами и подарками! — блаженно вздохнул принц.

Подушка манила уставшую Надю, словно мираж в пустыне. Аппетита не было. Зато до завода принца оставалось три часа! Целых три часа!