— Есть разговор, — отрезал принц нехорошим голосом. — Иди сюда.

— А-а! — отрицательно покачала головой Надя, глядя на веники цветов.

— Не бойся. Я к тебе и пальцем не притронусь, — вздохнул принц. И тут же добавил. — А очень хочется! Особенно за камень!

— Я не в тебя! — сглотнула Надя, боясь пошевелиться.

— Примерно тоже самое, видимо, говорил твой отец твоей матери, за девять месяцев до твоего рождения, — злобно произнес принц. Его силуэт виднелся в темноте кресла. — Ты себе не представляешь, как я зол! Подойди сюда!

Надя попыталась встать, и тут же поняла, что ее руки и ноги привязаны к кровати.

— Не можешь? Бедненькая, — вздохнул принц, сидя в полумраке. — Знаешь, у меня иногда бывают моменты просветлений. Редко, но бывают. Я стараюсь всеми силами сломать заклинание. И вот результат. Пока ты читала бумажки, я успел попросить слугу подготовить в комнате особый подарок.

— Давай так, — вздохнула Надя. — Ты забираешь свое королевство обратно. Я на него не претендую!

— Еще бы ты на него претендовала! У женщины ума не хватит править. Вот поэтому их не допускают к власти! — надменно заметил принц, скрипнув креслом.

Наде вдруг стало обидно за дипломы о высшем образовании! Она дергала рукой, понимая, что ее держит не веревка. А настоящие кандалы.

— Поэтому мы поступим по — другому. Я прекрасно понимаю, что не могу причинить тебе вред. Поэтому про казнь и речи быть не может, — голос принца стал воистину зловещим. — И про пытки, разумеется, тоже. Заклинание тебя от этого обезопасило. Но я придумал кое-что поинтересней! Ты останешься здесь. В таком положении. До конца своих дней.

— Ты с ума сошел!!! — возмутилась Надя, пытаясь пошевелить ногами. Но они тоже были прикованы.

— Заметь, я не посягаю на ключ, — усмехнулся принц, вставая с кресла.

Надя явно недооценила противника.

Принц присел на кровать и погладил Надю по щеке.

— Женщины, это — слабость. А я не имею право быть слабым, — вздохнул принц. — Это к слову о любовницах.

— А что? Мужики — это сила? — Надя скосила глаза на принца.

Надя поняла. Принц явно родился в ночь с пятницы тринадцатое на пятницу тринадцатое. И его явно принимала пьяная акушерка, объявив неведомой зверюшкой. И пока несла закатывать в бочку уронила три раза головой об пол! Бочку, по традиции бросила в бушующее море! Иначе, как объяснить такое количество фекалий в одном человеке?

— Знаешь, за что я их ненавижу? — спросил принц, глядя красивыми мертвыми глазами на Надю. Его рука перебирала ее волосы. — Одна из них разбила мне сердце!

— Понимаю, если бы яйца, — выдохнула Надя, пытаясь увести щеку подальше от принца. — Мне вон тоже сколько сердце разбивали! Сердце разбилось! На счастье! И ничего? Переступила и пошла дальше!