— Не вижу никаких сложностей, — ухмыльнулся князь.

— Есть одно — ни копейки из казны!

— Вы желаете, чтобы я содержал их за свой счет?

— Зачем же. Хотя ты человек, мягко говоря, небедный, можешь и пожертвовать малую толику. Но не только. Москва — город богатый. Найди способ привлечь к финансированию местных аристократов и купцов. Пусть послужат «на благо отечества».

— Зачем вам это?

— Хм. Полагаю, о служении России с тобой говорить не стоит. Поэтому скажу так, у меня большие планы, для воплощения которых нужны прежде всего люди. Грамотные, умелые и технически подкованные. Но казна у нас, сам знаешь, не бездонная, да и учат так, что… в общем, есть у меня мысль, что если из этого прожекта выйдет что-то дельное, то можно будет распространить сей опыт на всю империю.

— Что ж, дело богоугодное, — задумался Меншиков, и, видимо, придя к какому-то выводу, перешел к конкретике. — Сколько мест должно быть в училище?

— Как минимум полтысячи.

— Каким специальностям надобно обучать?

— В первую голову обработке металлов. Кузнечное, слесарное, токарное дело и так далее…

— Для такого количества учеников потребуется большое здание. Быть может, лучше открыть несколько малых, каждое из которых будет заниматься только одним из направлений?

— Хороший вопрос, Александр Сергеевич. Изучи его как следует. Сам не сможешь, найди толковых людей. Я тебе свое условие озвучил.

— Срок исполнения?

— Спешки не надо, но и мешкать не стоит. К 1857 году училище должно открыться.

— Сделаю, — твердо отозвался Меншиков.

— Вот и договорились, — кивнул я, бросив мимолетный взгляд на большие напольные часы с маятником. — Пора уже, не ровен час, без нас начнут.

Заседание Государственного Совета должно было стать, что называется, судьбоносным. Прекрасно понимая, что старик Чернышев уже ни на что не годен, Император Александр сначала хотел заменить его вашим покорным слугой, но, когда я наотрез отказался, его выбор пал на шефа Отдельного корпуса жандармов — графа Алексея Федоровича Орлова.

Потомок одного из приближенных «матушки Екатерины» был отличным кавалерийским генералом, недурным дипломатом и совершенно никудышным жандармом. Во всяком случае, мою просьбу убрать куда-нибудь подальше от меня семейку Анненковых он не выполнил.

Но это еще полбеды. Главное заключалось в том, что Орлова, при всех его положительных качествах, было весьма трудно назвать сторонником реформ. Назначать такого человека главой единственного законосовещательного органа империи на мой взгляд было немного опрометчиво, но… толковых управленцев и так не хватало, не говоря уж о имеющих либеральные взгляды. Короче, за неимением гербовой будем писать на простой…