— Ну это ты, пожалуй, хватил, — остановил меня император.

— Нет, так нет, — легко согласился я. — Но это не единственный источник солдат для союзников. Есть еще второстепенные державы, постоянно нуждающиеся в деньгах, но при этом обладающие достаточно современными армиями. В первую очередь это Сардиния и Испания.

— Деньги всем нужны, — развел руками Орлов. — А у англичан они есть.

— И, если правительства Виктора Эммануила или королевы Изабеллы решат предоставить свои войска враждебной нам коалиции, мы ничего не сможем сделать, — развел руками канцлер.

— Разве? А как насчет признания притязаний дона Карлоса? Или обещания поддержать объединение Италии вокруг Савойской династии?

— Поверить не могу, что это говорит мне сын императора Николая! Да вы хуже любого карбонария…

— Отнюдь. Я всего лишь хочу, чтобы вы занялись своим прямым делом или уступили место тому, кто это может!

— Спокойнее, Костя, — выразительно посмотрел на меня брат.

— Кроме того, — ничуть не смущаясь, продолжил я. — Мною получены известия, что англичане начали вербовку наёмников. Планируется создать несколько легионов. Немецкий, Швейцарский и Итальянский. Если не принять никаких мер, то вскоре они смогут сформировать несколько полноценных дивизий и использовать их для очередного наступления.

— Это точно?

— Это правда, — вынужден был признать канцлер.

— Милостивый государь, — ледяным голосом процедил император. — Вы озаботились подать хотя бы ноту протеста правительствам этих стран?

— Нет. Да и что толку?

— Вынужден согласиться, толку от вас действительно нет! — шумно выдохнул Сашка, для которого переход на «вы» частенько означал крайнюю степень раздражения.

— Сделаем все возможное, — испуганно пообещал Нессельроде.

— Очень на это надеюсь!

— Совсем забыл, ваше величество, — попытался сменить тему Карл Васильевич. — Несколько часов назад пришла срочная телеграмма.

— Откуда? — скептически посмотрел на доставшегося ему от отца министра иностранных дел брат.

— Из Вены, но дело касается Парижа.

— Объяснись.

— Видите ли, едва телеграф известил Европу о смерти императора Николая Павловича, Наполеон III пригласил в Тюильри саксонского посланника в Париже фон Зеебаха. Это, если помните…

— Твой зять!

— Именно, — не без самодовольства подтвердил канцлер. — Так вот, при встрече его величество поведал ему о своем огорчении по поводу столь печальной новости и о своем желании хотя бы окольным путем довести до вашего, государь, сведения о самых искренних его соболезнованиях. При этом Наполеон всячески распространялся о своих не уловленных равнодушным светом сердечных симпатиях к Николаю Павловичу.