Дочь дракона до того, как вернуться к семье, родила четырех сыновей. Старшего из них звали Ван Ёнгон, но он позже оставил от имени только первый слог Ён. А прозвище у него было Мунмён. Он был высок и силен, имел красивую бороду и внушительный облик. Считал, что сможет подчинить себе Три Хан. Как-то раз во сне он увидел удивительно прекрасную женщину и там же, во сне, сделал ей предложение, которое она приняла. Но сны не вечны — и Ван Ён проснулся. Позже, когда он переезжал из Сонака в Юнань, на дороге он увидел словно свое ожившее сновидение. И так как он был человеком решительным, то женился на незнакомке, не откладывая. Фамилии у незнакомки не было, и решено было дать ей фамилию Хан [21] . Несколько лет они жили вместе в старом доме в Сонаке, но затем Ван Ён решил построить новый дом южнее. В то время Тосон — тот самый специалист по корейской «теории ветров и вод»! — отправился в путешествие по Корейскому полуострову. Он поднялся на Пэктусан, откуда обозрел все территории, и далее направился на юг. Вот и дошел Тосон до строящегося дома Ван Ёна. Посмотрел и пробормотал себе под нос: «Зачем вы посадили коноплю в месте, где выращивают просо?» — и пошел своей дорогой. Но та самая девица из сновидения, госпожа Хан, услышала эти слова и побежала за мужем. Ван Ён поспешил догнать Тосона — и вот уже двое болтают о том о сем. Решили они вместе подняться на горы и исследовать «артерии гор и рек» — так и называются по-корейски цепи гор с отрогами и русла: артерии как кровеносные сосуды. Изучив ландшафт, Тосон постановил, что если построить в нужном месте Сонака дворец определенной формы, то в следующем году непременно родится чудесный наследник. Также Тосон подготовил для него свои записи, подписав их «Объединителю Трех Хан». И в этом месте и был заложен дом, где впоследствии родился Ван Гон.

Это третий и самый большой миф о Ван Гоне — даже не столько миф, сколько биография Ван Гона и его предков, посмертно возведенных в статусы правителей. Как вы видите, текст не самостоятелен, а состоит из множества фрагментов из корейской, китайской и общей дальневосточной литературной и мифологической традиций. Однако сквозь разные эпизоды проходит идея о связи между человеком и природой — теорияпхунсу чири соль , корейский фэншуй. До Ван Гона к ней никто не обращался для утверждения легитимности, но именно благодаря ему и частым отсылкам кпхунсу в мифах Корё, развлекательных рассказах, политических решениях и дебатах эта географическая теория прочно стала ассоциироваться с правителем.