Этот миф повествует о появлении первого корейского государства и одновременно о Тангуне — сыне небесного божества и превращенной в человека медведицы.

Интересно, что, хотя с Кореей чаще ассоциируется тигр, в мифе человеком становится медведица. Возможно, это связано с тем, что первоначально миф существовал в устной форме и распространялся среди представителей племени, тотемом которых был медведь. Эти люди с тотемом медведя прогнали тех, у кого был тотемом тигр, и так появилось это противостояние. Проверить едва ли возможно, но в целом ничто гипотезу не опровергает.

Обратите внимание, Тангун не является демиургом! Он создает государство, а не мир. Не создает мир и Хванун, который лишь управляет тем, что уже существует! Уже есть горы и реки — как минимум; точно есть пещеры, чеснок и полынь! Хванун наблюдает с небес, а значит, уже есть разделение на земное и небесное пространства! Почему так? Потому что к моменту записи этого мифа Корея уже прочно входила в китаецентричную систему и демиургом в таком случае мог быть только демиург китайской мифологии. Не мог корейский — даже величайший — герой создать мир раньше героя китайского, не соответствует это суровой конфуцианской иерархии. Все демиурги у нас будут либо связаны с шаманскими мифами, либо с островом Чеджудо.

Тогда как появился миф о Тангуне и почему он так важен для корейцев, если Тангун не демиург и никогда им не являлся? Попробуем разобраться.

Миф о Тангуне был записан в XIII веке. Словосочетание «тринадцатый век» применительно к азиатской части Евразии — это монгольские завоевания. Да, Русь тоже была завоевана монголами. Подчинилось монгольской империи Юань и Корё после пяти кровопролитных набегов. К слову, скорее всего, первый контакт между русскими и корейцами произошел именно в XIII веке, в ставке монгольского хана. Но письменных свидетельств контакта не сохранилось, можно только говорить о том, что представители обоих государств были в одном и том же месте в одно и то же время.

Календарь с летоисчислением от Тангуна, где 1946 год записан как 4279-й.

National Folk Museum of Korea

При чем же тут Тангун? Как считают ученые, миф о Тангуне появился для того, чтобы сплотить корейцев перед лицом внешней угрозы. В таких условиях правителям и интеллектуалам требовалась мощная идеологическая опора, способная объединить общество. Образ Тангуна как легендарного основателя Древнего Чосона оказался удобным решением: он превращается в национальный символ и начинает восприниматься не только как прародитель государства, но и как отец единого корейского народа.